Главный враг православной женщины – другая православная женщина

У людей, приходящих в храм впервые, нередко складывается впечатление о церкви как о «собрании женоненавистников».

Часто рассказывают такого рода истории: «Мужу моему ни разу никто в Церкви не сделал замечания. А я как зайду, так и крещусь неправильно, и стою не так, и свечи не так зажигаю и не туда ставлю, и одета не по форме, и выражение лица у меня неподобающее».

Подобных примеров можно привести сотни и тысячи. Очень странно слышать об антифеминизме в Русской Православной Церкви, где в годы гонений женщины составляли подавляющее большинство прихожан, и в наши дни все равно остаются большинством. Но, тем не менее, факт остается фактом: женщине гораздо сложнее, чем мужчине, переступить порог храма и при этом не услышать в свой адрес поток упреков, не почувствовать себя человеком второго сорта.

Существует целый пласт аскетической монашеской литературы, в которой можно обнаружить «антифеминистские» высказывания.

Предостерегая своих послушников от плотских падений, старцы называли женщин «сосудами греха». Об этом писал протодиакон Андрей Кураев в своей известной работе «Женщина в Церкви».

Но знакомство современных захожанок с православием начинается отнюдь не с аскетических трудов.

Да, нечто оскорбительное по отношению к женщинам они слышат, но исходит это не от священника, до которого им на первых порах не удается дойти, и не от церковных работников мужского пола. В девяти случаях из десяти такого рода замечания делают женщины – те, кто стоит за свечным ящиком, убирается в храме, активные прихожанки.

Выходит, главный враг православной женщины – другая православная женщина, вменяющая себе в обязанность следить за строгим соблюдением норм благочестия.

Женщины, как правило, любят прикладные советы. Именно по такому принципу создается «женский глянец», предлагающий четкие инструкции: «как понравиться мужчине», «как приготовить праздничное блюдо», «что носить в этом сезоне».

Но проблема в том, что Церковь во многих случаях не дает четких инструкций, оставляя за своими чадами право поступать не по закону, а по благодати. И тогда приходские матушки додумывают за Церковь этот закон, сочиняют и распространяют полуязыческие предания.

В Церкви принято осуждать феминистическую модель жизни, которая ставит карьеру выше семьи и призывает к неумеренному потреблению.

Положительным антиподом карьеристки-стервы выступает тихая, домашняя женщина, которая молчит, смиряется, жертвует собой ради мужа и детей.

Но проблема в том, что даже если переодеть агрессивную феминистку в длинную юбку и платок, дать ей в руки четки и сборник акафистов, то этим не удастся изменить ее внутреннюю сущность, просто ее агрессия найдет себе новое применение – уже в церковной жизни.

Бороться с собственными страстями – труд тяжелый и неблагодарный.

Если всерьез начать работать над собой, вряд ли за это кто-нибудь похвалит, скорее, назовет странной. Гораздо легче и безопаснее для собственной репутации бороться со страстями чужими.

Идеология, основанная на том, что Апостол назвал «бабьими баснями», увы, еще и коммерчески выгодны. Этим пользуются те издатели, книготорговцы, которые считают для себя допустимым зарабатывать на низких человеческих страстях, при этом называя свой продукт православным.

Брошюра, о том, почему грешно женщине носить брюки, сказания о притаившихся повсюду колдуньях, только и думающих, как бы навести на тебя порчу, обещают больший коммерческий успех, чем литература умная, серьезная и выверенная богословски.

Вспоминаю случай, о котором рассказывал мне ныне покойный отец Даниил Сысоев. Один издатель заказал ему материал о том, что разрешается и что не разрешается православной женщине в Церкви в период месячного очищения.

Отец Даниил почитал и любил церковные каноны, любил творения святых отцов, поэтому к делу подошел серьезно. Он изучил все, что говорят каноны и святые отцы по этому вопросу, и пришел в своей статье к следующему выводу: во время месячного очищения женщинам нельзя только участвовать в Таинствах, все остальное позволительно.

К сожалению, издатель ожидал от священника совершенно другого вывода. Он считал, что женщине во время «критических дней» нельзя даже заходить в храм, и хотел донести его до читательниц, снабдив еще страшными историями о том, какие «кары небесные» постигли тех нечестивиц, которые дерзали во время месячных прикасаться к святыне. В результате та статья отца Даниила так и не была издана, и было бы интересно сейчас узнать о ее судьбе.

Конечно, от «агрессивного бабства» и «дамских угодников», издающих сомнительную литературу, должно быть какое-то средство.

Мне кажется, что полезно было бы в этом случае вспомнить, что в Церкви есть иерархия. Все мы уже вдоволь насмеялись над забитыми, подавленными «духовными чадами», которые делают из своего духовника идола и просят: «Батюшка, благословите высморкаться».

Но это не повод впадать в другую крайность – когда активные женщины становятся учителями по отношению к священникам, убеждают их поддерживать или отвергать какие-то идеи, а не наоборот.

Несколько раз приходилось наблюдать такое: священник в неформальной обстановке высказывает мнение по какому-то вопросу, а потом испуганно шепчет: «Только это не для печати, меня же прихожанки съедят, назовут обновленцем и либералом».

Стоит вспомнить, что за порогом церкви есть еще светское общество. А в нем что, наблюдается женоненавистничество?

Сейчас принято считать, что женщины обладают всеми мыслимыми и немыслимыми правами и возможностями. Женщина имеет право на образование, избирательное право, может стать депутатом, министром, для нее открыт путь карьеры.

Проблема в том, что путь карьеры, путь в публичную сферу открыт только с одним «но» – если женщина станет психологически мужчиной. Если она начнет вести себя как мужчина, думать, как мужчина, идти по головам, как мужчина, ее, безусловно, сочтут человеком и покажут по телевизору. Женщина же, ведущая себя по-женски: мягко, без напора, без агрессии, обречена в современном обществе на роль маргинала, которому нет ходу за порог кухни.

Обратите внимание, как много сейчас появилось девушек, которые пишут в Интернете под мужскими никами.

В неформальных субкультурах есть девушки, которые придумывают себе мужское имя и мужскую легенду, носят мужскую одежду, говорят о себе в мужском роде и выбирают для себя тот круг общения, который это принимает.

Это происходит потому, что традиционная женская роль представлена в информационном пространстве как нечто второсортное, неинтересное, бесперспективное. Вы давно видели интересный фильм, в котором героиней был бы домохозяйка, не «отчаянная», а обычная? Сколько вы могли бы назвать писателей, в произведениях которых представал бы именно женский взгляд на мир? Сестры Бронте, Маргарет Митчелл и все?

В этой ситуации, пожалуй, только Церковь может напомнить: то обстоятельство, что Бог сотворил тебя женщиной, это не просто что-то, с чем следует смириться и перетерпеть, это прекрасно.

Церковь в наши дни остается одним из немногих заповедников, где женщинам еще позволительно быть женщинами. И нужно постараться сделать все от нас возможное, чтобы не выглядеть заповедником-серпентарием, местом, где постоянно предъявляют друг другу претензии злобные мегеры, а кругом сестер, вместе с которыми хочется следовать за Христом.

Ольга Гуманова 

 

Информация, которую мы распространяем, несёт людям правду о самых актуальных проблемах и явлениях нашей сегодняшней жизни, помогает находить ответы на сложные вопросы, меняет жизнь людей.

Мы остро нуждаемся в увеличении тиража нашей газеты, которую распространяем бесплатно по всей Украине. Кроме этого, нам нужно регулярно оплачивать работу журналистов, наших региональных представителей, редакторов, работников наших медиа ресурсов. Нам не обойтись без вашей помощи и поддержки.

Пожалуйста, поддержите «РодКом» любой посильной для Вас суммой, а мы обещаем работать ещё более продуктивно!