Цивилизация одиночества

Один из парадоксов нашей жизни – одиночество людей при изобилии средств коммуникации…

Один из парадоксов нашей жизни – одиночество людей при изобилии средств коммуникации. Мир становится глобальным, но человеческое общество даже в пределах отдельно взятой страны всё больше превращается в сообщество людей-одиночек…

Представители «шестидесятников» хорошо помнят, КАК общались люди ещё лет 30 назад.

Люди смотрели телевизор, слушали радио и читали газеты, но СМИ не занимали душу и сознание человека так, как сейчас. Люди любили ходить друг к другу в гости, многие любили писать длинные письма.

Душа и ум человека пребывали в ожидании встречи – чтобы пообщаться. При этом, общение не сводилось к примитивному обмену информацией. В дружеских встречах была какая-то особая таинственная радость.

А какие темы затрагивались в беседах!

Старшеклассники, студенты, люди самые простые говорили порой о таких вещах, о которых сегодня не говорят люди с высшим образованием.

Кстати, вы никогда не прислушивались, О ЧЁМ и КАК сегодня говорят вот те самые школьники, студенты, их мамы и папы? Прислушайтесь. Это страшно…

Люди обмельчали и стали одномерными. А в одномерного, плоского человека другой уже не помещается. Как следствие – в людях оскудела любовь.

Да и дружба тоже оскудела – как форма любви. Вот и стали люди одинокими…

Впрочем, от одиночества никто не страдает – потому что этого одиночества не осознают. И такое нестрадание, быть может, пострашнее страдания.

Современный человек не хочет менять телевизор на живое общение.

Он не хочет отрываться от компьютера, чтобы увидеть другого человека.

Мыльные сериалы и глупейшие шоу-программы заменили живых людей!

Получается замкнутый круг: чем больше люди смотрят телевизор – тем больше они опустошаются, а чем больше они опустошаются – тем меньше у них того, чем они могли бы поделиться с другими, тем они друг для друга скучнее и, соответственно, тем меньше причин для встреч.

В современном человеке как-то незаметно сформировалось утилитарное, функциональное отношение к человеку – о нём вспоминают только тогда, когда он зачем-то нужен.

Понятно, что причина здесь не в телевизоре.

Телевизор, скорее, – следствие.

Он – наркотик, который принимают, чтобы заглушить боль.

Главная, может быть, причина того, что мы не хотим или не можем сегодня общаться, – это глубокое и далеко не всегда осознаваемое чувство стыда.

Стыда за то, что произошло.

Стыда за то, что мы позволили сделать.

Вместе с советской властью мы отдали свою страну, отдали те ценности, которые всё же сохранялись в её условиях.

А главное – за что отдали? За бантики, фантики, наклейки…

Больная совесть – вот что разобщило людей сегодня.

Мы просто не хотим признаться себе и друг другу в том, что несём ответственность за происшедшее. Что каждый из нас виновен в том, что поддался соблазнам, что вольно или невольно, делом или сочувствием способствовал разрушителям.

Но мы не признаёмся в этом глубоко захороненном стыде ни самим себе, ни другим.

Мы предали своих бабушек и дедушек, отцов и матерей, которые жили, творили, строили, воевали и верили в какие-то идеалы – пусть ложные,  но всё же куда более высокие, чем нынешние, совсем уж убогие, дикие и дешёвые.

Сегодня нам говорят, что мы живём в деидеологизированном обществе. Но на самом деле нам вот уже четверть века внушают вполне определённую идеологию. И нынешнее одиночество миллионов людей – не что иное, как следствие навязываемой идеологии эгоизма.

Именно навязываемой!

А эгоистическая идеология ведёт к пресечению жизни.

Людям, не утратившим способность видеть, слышать и мыслить, совершенно очевидно, что автор этой идеологии – тот, кого лучше не поминать к ночи…

Вы помните, с чего эта идеология начиналась?

Сначала мы заглатывали установки про то, что хватит кормить Африку и Латинскую Америку, когда самим нечего есть.

Потом перешли к Союзу. Советский Союз распался – взялись за отколовшиеся друг от друга территории. Заговорили и взаимных долгах, претензиях и геополитических векторах.

Чтобы люди не путались под ногами предприимчивых вчерашних комсомольцев и не мешали им прикарманивать объекты народного хозяйства, людей отвлекли невиданными ими доселе телесериалами и ток-шоу, стали учить их развлекаться и порекомендовали больше заниматься семьёй.

В конце концов,  добрались и до семьи – о самых близких, оказывается, тоже не надо заботиться!

Недавно одна моя знакомая (мы с нею ходим в один храм) сказала, что посещает замечательные курсы при наркодиспансере, где лечится её муж. И там ей объяснили, что мужа надо оставить, потому что у неё – своя жизнь, и её ни в коем случае не следует отдавать мужу-алкоголику…

Эта идеология – «Живи для себя!» – пронизывает сегодня всё общество.

Ведь общение – оно всегда затратно. Выслушать, посочувствовать, уделить внимание – хоть маленькая, но всё же жертва. А жертва – плод любви. Той самой любви, которой всё меньше становится в духовно мельчающем человечестве.

Впрочем, идеология одиночества очень выгодна тем, кто хорошо понимает, что обмануть одиночку и манипулировать обманутой одиночкой гораздо проще, чем управлять и манипулировать сообществом людей, способных думать и любить.

Ирина Красникова