НЕМНОЖКО О ГЛАВНОМ

В церкви мы все дружелюбны, радушны, улыбаемся и любим друг друга. Но какие мы христиане на самом деле – проявится только вне храмовых стен.

Звонит телефон. В трубке женский голос: «Батюшка, у меня брат умер некрещёным, 64 года. Нужно хоронить, а там, где он жил, священник «земличку» не даёт, ругается, что вовремя не позвали, родных из храма прогнал. А маме уже 86, очень скорбит, боюсь, как бы сама не померла. Ты уж выручи, родной, дай нам «землю», маму жалко. Она же не виновата, что так получилось. Его бы тогда, в детстве окрестить, да церкви рядом не было. А когда вырос, стал коммунистом. Бога не признавал, и креститься отказался. Но человек он был хороший, даже очень хороший. Как его не отпеть? Ведь таких, бывает, негодных людей отпеваете – только потому, что когда-то их в детстве окрестили. А брата моего не соглашаетесь, так хоть, «земельку» дайте…»

Спорить с людьми, имеющим несокрушимую веру в то, что «земелька» поможет – дело бесполезное.

Эх, если бы отпевание, совершаемое мною, спасало человеческую душу, то я бы, наверное, только бы и делал, что отпевал, отпевал и отпевал. И некрещёных, и самоубийц, и всех подряд – лишь бы спасти их от страданий.

Только спасает-то не батюшка, и не «земелька» – спасает Христос.

Ради этого спасения, человек и присоединяется к Церкви через Крещение. Только вот беда: и Крещение не гарантирует человеку спасения души – оно даёт лишь шанс на спасение.

Если человека несмысленным младенчиком крестили, а потом, после прожитой им жизни, его точно так же принесли всё в тот же храм, но только уже для отпевания, то спасение его души зависит только от одного: что делал человек между этими двумя событиями.

Ну, может быть человек заходил в церковь и ставил Богу свечку… И может даже не одну, а много свечек: «Господи, дай мне то, что я прошу, а я Тебе за это буду ставить свечи, много свечей!». Словно наш Господь, как сластёна конфетами, «объедается» восковыми и парафиновыми палочками.

Смешно.

Вот, если от того времени, как всё того же человека младенцем крестили, а потом взрослым отпели, больше ничего с Богом не связывало, то, честное слово, люди напрасно тратят и силы, и нервы, и деньги.

Даже, если человек был «хорошим», но далёким от Христа – он не спасается, и никакая «земелька» здесь не поможет, хоть вёдрами её сыпь…

Интересно, какой процент людей, отправляющих своего ребёнка в крещальную купель, понимает – зачем они это делают и что означает принятие Крещение?

В моём понимании, Крещение для взрослого человека – это пересечение им некого духовного Рубикона, после которого нет возврата назад.

После крещения многое из того, что ты делал раньше, должно быть забыто, и жить теперь нужно – только по Христу!

Во время крещения я всякий раз предлагаю крёстным «дунуть и плюнуть» на сатану. Это предложение почти неизменно вызывает у людей если не смех, то хотя бы улыбку. А ведь дуновение – это самый распространённый ещё в древности экзорцистский приём!

Вспоминаю, как крестил в своё время одну молодую женщину. Мы были в храме втроём – я, она и её друг. Так вот, когда я подул на неё, колени у той подкосились, и она стала терять сознание. После того, как мы привели её в чувство, я ещё дважды совершал дуновение, и она всякий раз падала в обморок…

А как-то, прежде чем плюнуть на сатану, один студент, который длительное время готовился к крещению, вдруг на полном серьёзе и заявляет: «А может не нужно на него плевать? Зачем мне с ним отношения портить?».

Первый раз я тогда столкнулся с мыслящим ТАК человеком. Однако во время крещения человек посвящает себя или своего ребёнка служению Добру, и навсегда отрекается от зла. Хотя, кто как…

Однажды после службы к амвону подходят две женщины, у одной на руках ребёнок:

– Батюшка, покрестите нам малыша, нас «бабушка» без крещения не принимает.

Я отвечаю:

– Вы понимаете, о чём вы меня просите? Мы дитя окрестим, посвятим его Богу, и вы тут же его отнесёте к ворожее! Для колдуньи я ребёнка крестить не стану!

– Какой ты злой, батюшка, – отвечает одна из женщин.

– А «бабушка» добрая? Почему бы не «помочь» некрещёному ребёнку? Поймите: ей не ребёнок нужен – ей над святыней поглумиться нужно! Вот вам, и «плевок» в обратную сторону.

Русская женщина обращается ко мне:

– А не могли бы вы окрестить ребёнка из мусульманской семьи? Родители таджики, здесь у нас на заработках. Родилось дитя, и они хотят его крестить.

Отвечаю:

– Конечно, можно, но зачем? Мы девочку окрестим и отдадим на воспитание родителям нехристианам, и кто её будет потом вере учить? Пройдёт время, и никто и не вспомнит, что её крестили!

Мы должны крестить детей из верующих семей!

А уже родители обязаны учить детей вере, воспитывать их в благочестии, и самое главное – причащать своих ребятишек. И чем чаще, тем лучше.

Если ничего этого не делать – то и крестить детей незачем.

Перед крещением, раз в неделю, я провожу встречу с теми, кто собирается крестить детей. Помню, приходит пара молодых родителей. Я им рассказываю об их обязанностях по христианскому воспитанию:

– В храм, – говорю, – нужно чаще ходить. А те мне докладывают, что мамочка не может в храме стоять – в обмороки падает; а папа крест не носит – он его душит. Вот, такое повреждённое поколение…

Или случай с крёстной.

Перед крещением – смотрю, у крёстной мамы на шее висят множество подвесочек, а крестика нет. Интересуюсь:

– А где же ваш крест?

– Батюшка, я крест не ношу – он меня душит.

Вот так крёстная! Люди не понимают, какой тяжеленный крест кладут на свои плечи, становясь крёстными родителями. Ты ещё своего ребёнка в вере не вырастил, а уже за чужого отвечать берёшься. Осилишь?

Если не будешь хотя бы молиться за крестника, то придёт время и ответишь за необдуманные слова. Тебя же никто насильно не заставляет крёстным становиться…

Обещать Богу, а потом заведомо не исполнять обещанного – зачем?

Иногда в качестве крёстных приглашают католиков, а то и мусульман.

Спрашиваю:

– Разве станет католик учить вашего сына Православию, и уж тем более – мусульманин?

– Батюшка, это мой деловой партнёр, мне с ним для бизнеса хорошо бы породниться, – и копеечку пытается незаметно сунуть…

А однажды, приводят на крещение крёстного папу. Молодой человек в шортах, в несвежей майке и сандалетах на босу ногу. Правда, на шее – соответствующая цепь и золотой крест – чуть меньше моего наперсного!

Спрашиваю родителей:

– Что же, для такого ответственного момент вы никого приличнее не нашли?

Крёстный услышал и взорвался. Ругается, и блатной распальцовкой у меня перед носом размахивает.

Снова обращаюсь к родителям:

– И вам, действительно, подходит такой крёстный?

Те мне тихонько:

– Батюшка, крести, у него денег – куры не клюют.

Понятно. Надо – берите. Я в таких случаях с родителями не спорю. Зачем? Разве мне их переделать? Только обозлятся. Пускай жизнь учит…

Порой люди не могут преодолеть себя и причащаться с одной ложечки со всеми.

– Стану я со всех ртов заразу всякую собирать, – нечего, обойдёмся без вашего Причастия!

Я сам человек – по природе брезгливый, и никогда не стану в кафе или столовой есть из использованной кем-то тарелки и облизанной кем-то ложкой. А в храме причащаю всех одной ложечкой. И мало того, потом за всеми, всё то, что остаётся в Чаше, потребляю после службы.

Омываю сосуды и ложечку кипятком, и, опять-таки, всю эту воду не выливаю, а – в себя. Ничто, даже самая малая капелька святыни, не должна пропасть!

И если люди не представляют себе состояние здоровья тех, кто пришёл на Причастие, то я его представляю очень хорошо.

Сегодня путь человека в церковь всё больше лежит через болезни и страдания. И вот после всех больных и онкологией, и гепатитами священник последним потребляет Дары. И я не знаю ни одного случая, когда бы кто-нибудь из нас, священников и клириков – заболел.

А если бы это было не так, всесильные СЭС (санитарно-эпидемиологические станции) «размазали» бы в советские годы последние наши храмы – когда искали любую зацепочку, чтобы найти предлог. И всё потому, что Святые Дары, имея земную природу (хлеб и вино), по освящении приобретают Богочеловеческое Естество Христа Воскресшего и начинают подчиняться Небесным законам, и всё то недоброе, что попадает от нас в Чашу, немедленно прекращает существовать!

Часто людей заботит:

– А как нам нужно одеться, идя на Крещение.

Всегда отвечаю:

– Одевайтесь прилично, а уж как, – ну как сможете.

Никогда не прогоняю женщин в брюках.

Помню, разговорился с одной девушкой. А у неё, оказывается, в гардеробе юбки уже и нет, как таковой! Ничего, кто решит в храме остаться, тот со временем юбочку себе приобретёт, а заставлять никого не нужно. Христос никогда не действовал через насилие (за редким исключением).

А ещё у нас почему-то распространена мысль, что в храме для женщины самое главное – иметь на голове платочек. Посмотришь, по лету заходят дачники, а вместо косынки покрывают темечко носовым платком. Словно женская макушка для мужчины самое соблазнительное место.

Встанет перед иконой такая красотка в мини-юбке с платочком на головке, помолится, поклончик положит. А всем, сзади неё стоящим мужикам, куда глаза девать? Это только святые ничего не видят, а мы, грешные, всё замечаем… И вместо того, чтобы молиться, мужская половина начинает злиться…

Покрыться для женщины – значит никак не обращать на себя внимания – тем более мужского, а не только головку чем-то прикрыть…

Посмотрите, как на иконах изображаем Пресвятую Богородицу. Так в Её время одевались женщины: просто, и в то же время величественно…

Иногда слышу такой вопрос:

– Батюшка, как часто нужно в церковь на службы ходить, и достаточно ли будет прийти раз в месяц, или, всё-таки, почаще заглядывать?

Не знаю, что и ответить.

Верующего человека всегда тянет в храм, ему без дома Божия невмоготу. И, потом, день воскресный мы так и так должны начинать с молитвы в храме. Зачем? Да очень просто: ты после двух часов в храме уйдёшь в мир на целую неделю, и какой ты на самом деле христианин – проявится именно вне храмовых стен.

В церкви мы все дружелюбны, радушны, улыбаемся и любим друг друга. А в миру мы такие, какие есть.

Так вот, чтобы иметь силы быть христианином, нам и нужно надышаться святыней за эти два воскресных часа – а иначе, где силёнок набраться?

Женщина лет сорока плачет в храме:

– С дочкой что-то происходит. Как выписала себе паспорт на другое имя, так всё и началось. Дерзкая стала, непослушная, курит, домой вовремя не приходит. Батюшка, может, давай её перекрестим – может она вновь станет доброй и любящей девочкой?

– Эх, мать, – думаю, – если бы всё было так просто, то мы бы наверно так и поступили. Только рождается человек один раз – и заново родить его невозможно. А Крещение – рождение духовное, это рождение в Вечность – и оно тоже может произойти лишь раз…

Поговорили мы с ней, рассказал ей про то, что сейчас вам рассказываю. Посочувствовал матери:

– Теперь мужества тебе, сил и любви к дочери, чтобы преодолеть то, что сама же в ней и вырастила.

– Батюшка, мне же никто об этом ничего никогда не рассказывал. Если бы я это тогда, сразу же по крещению знала, то и с дочкой у меня было бы сейчас всё по-другому!

Вот я и рассказываю…

Священник Александр Дьяченко