Культурная глобализация

Человеку, утратившему свои исторические культурные корни, грозит психологическая дезориентация, утрата внутреннего духовного стержня – явление крайне опасное не только для отдельной личности, но и для общества в целом…

Глобализация!.. Вряд ли найдется сегодня какой-либо другой феномен, который вызывал бы такие бурные дискуссии и ожесточённые споры. И это естественно.

По факту мы УЖЕ живём в глобальном мире, и этот факт реально влияет на жизнь подавляющего числа людей, живущих на нашей планете.

Глобализация затрагивает практически все аспекты жизни современного человека. Главное в ней – это всё более расширяющийся поверх всех государственных и национально культурных барьеров обмен информацией научного, экономического, политического, личностно-бытового, социокультурного и иного характера.

Попытаемся вкратце разобрать суть проблемы, связанной с глобализацией культурного пространства.

Несколько лет назад британская исследовательница традиционных этнических культур, оказавшись в отдалённой африканской деревне, в первый же вечер была приглашена в гости к одному из её обитателей.

Она отправилась к нему в предвкушении долгожданного знакомства с традиционными для жителей африканской глубинки формами досуга.

Увы, наступило горькое разочарование. Она оказалась свидетельницей коллективного просмотра на видео нового голливудского фильма, который к тому времени ещё не успел выйти даже на экраны лондонских кинотеатров.

Так она столкнулась лицом к лицу с одним из типичных проявлений глобализации культуры.

На самом деле, таких примеров – множество.

И в нижнебаварской деревне точно так же смотрят телесериал о жизни в Далласе, носят джинсы и курят «Мальборо», как и в Калькутте, и в Сингапуре.

Жители многих стран сегодня смотрят по телевидению и на видео фильмы западного производства, потребляют «пищу быстрого приготовления», покупают товары, изготовленные за границей, а также получают средства для существования, обслуживая поток иностранных туристов.

Глобальная экономика поглощает местную, а традиционная культура испытывает всё более мощные инокультурные влияния.

Современный человек в течение нескольких часов пересекает пространства, на которые ещё два-три столетия назад уходили месяцы и годы.

Мобильные телефоны, спутниковое телевидение и Интернет делают доступным мгновенное получение любой информации из любой точки земного шара.

Всё это является признаками того, что в последние десятилетия человечество вступило в принципиально новый этап своего развития.

Речь идёт о формировании планетарной цивилизации на началах, с одной стороны, органического единства мирового сообщества, а с другой, – плюралистического сосуществования культур и религий народов мира.

Исторические корни глобализации

Внимательный взгляд на историю показывает, что глобализация – это отнюдь не феномен конца ХХ в.

Из Священного Писания мы хорошо знаем, что изначально люди жили единой одноязыковой семьей, и лишь потом, в силу известных причин, были наказаны Богом языковым и этническим разнообразием.

Но уже во времена ветхозаветные стали появляться философские учения, суть которых заключалась в том, что рано или поздно люди вновь ощутят себя частью общечеловеческого целого.

Об этом говорили и древние греки, и восточные мудрецы, и европейские средневековые мыслители.

Достаточно вспомнить о космополитизме – идеологии «мирового гражданства», для которой характерно представление о мире как отечестве всех людей.

Становление этой идеологии исторически было связано с упадком греческих городов (полисов) после Пелопоннесских войн.

Тогда человек, ранее рассматривавший себя в качестве гражданина своего города-государства, стал ощущать принадлежность к более широкой общности («мировое гражданство»).

Это учение получило дальнейшее развитие у стоиков – особенно в римскую эпоху, чему немало способствовал многонациональный характер Римской империи.

В эпоху Возрождения идея мирового гражданства развивалась А. Данте, Т. Кампанеллой, Г. Лессингом, И. Гёте, И. Шиллером, И. Кантом и др.

Мечта об интегрированном человечестве пленяла и многих философов XIX и XX вв. на Востоке и Западе. Причём этому способствовала активная колонизация Африки, Индостана и обширных территорий Азии.

Реальной датой возникновения культурной глобализации можно считать 1870 г., когда британское агентство «Рейтер» совместно с французской компанией ХАВАС поделили земной шар на зоны монопольного сбора информации.

Несколько позже (в начале XX в.)  получили распространение идеи о формировании Соединенных Штатов Европы, которые обрели форму, связанную с созданием новых централизованных мировых структур.

На этой волне и возник так называемый мондиализм (от франц. monde – мир) – космополитическое движение за создание мирового правительства.

XX век постепенно вырабатывал и глобальную этику, и новые моральные нормы, которые постепенно пробивали себе дорогу в международное право.

В частности, Нюрнбергский и Токийский трибуналы от имени всего человечества наказали военных преступников, создав важнейший прецедент международной защиты прав человека.

Процессы глобализации стали заметными и в конфессиональной области, в которой возникла идея под названием «экуменизм» (от греч. Oikumene – вселенная) – движение за объединение всех христианских конфессий.

Глобальный капитализм стремится подчинить своему господству все идеи и материальные продукты, в которых эти идеи заключены.

В сфере культуры, глобализация приводит к изменению местных (национальных, этнических) традиций, ценностей и  представлений, свойственных данному исторически сформированному социальному сообществу.

Главный признак культурной глобализации – коммерциализация духовной сферы: культура становится товаром.

В результате, культура начинает развиваться в соответствии с законами рыночной экономики, искусственно формируя новые виды продуктов, определяя вектор развития целых отраслей и разгоняя с помощью рекламы спрос на те или иные культурные бренды.

Одно из неизбежных последствий культурной глобализации – унификация культур.

Глобальный мир с каждым годом становится не таким ярким и всё в меньшей степени окрашенным местным колоритом.

Многие обычаи, церемонии, ритуалы, формы поведения, которые в прошлом придавали человечеству его фольклорное и этнографическое разнообразие, постепенно исчезают по мере того, как основная часть общества усваивает новые стандартные формы жизни.

Явление отнюдь небезопасное.

Ведь в отличие от адаптируемых продуктов (кока-кола, жевательная резинка, джинсы) инокультурное влияние, например, в сфере музыки и литературы, кино и телевидения, – способно затрагивать само ментальное ядро данного социума, деформируя бытийные основы его жизни.

Художественные образы проникают через границы и таможни в область ядра национальной культуры, постепенно подвергая её непредсказуемым изменениям.

Исторически сложившиеся культуры представляют собой главный источник, из которого личность черпает жизненные смыслы, выстраивающие иерархию её ценностей.

Человеку, утратившему свои культурные корни, грозит психологическая дезориентация, утрата внутренних правил, регулирующих и упорядочивающих его стремления и цели.

Но глобализация культуры, ведущая к её унификации, несёт в себе риски не только для отдельной личности, но и для общества в целом.

Дело в том, что этнокультурное разнообразие в современном мире выполняет много жизненно важных функций.

История свидетельствует, что разные этносы ориентируются на различные подходы к решению возникающих перед ними проблем.

Так, в одной культуре может доминировать страсть к деньгам, в другой – технические знания, в третьей – политические идеалы, в четвертой – стремление к духовному совершенству.

Никто не может предсказать ход истории, никто не знает, какие способности и качества понадобятся человечеству для выживания в будущем, – следовательно, оно должно иметь в запасе богатый арсенал свойств, каждое из которых может потребоваться для адекватного ответа на вызовы истории.

Вот почему нужно заботиться о том, чтобы культурное взаимодействие не приводило к поглощению или усреднению, т.е. к потере самобытности или её деформации.

Очевидно, что в самом процессе культурной глобализации изначально заложен определённый конфликтный потенциал.

С другой стороны, «культурный империализм» неизбежно вызывает ответную реакцию – повышенную потребность в самоутверждении, сохранении основных элементов своей национальной картины мира и образа жизни.

Это стремление нередко принимает агрессивную форму: всеобщему процессу разрушения границ противопоставляется культурная замкнутость и гипертрофированная гордость своей самобытностью.

Отсюда проистекает появление националистических тенденций в политике, нарастание региональных фундаменталистских движений.

Например, в культуре многих стран исламского мира начались процессы религиозной радикализации. Возрастает уровень насилия на этнической и национальной почве.

А потому на повестке дня остаются и терроризм, и национально-освободительные войны. Всё это можно трактовать как форму специфической реакции на глобализацию.

Естественно, что проблема глобализации культуры становится наиболее актуальной для развивающихся стран. Хотя и развитые страны не в меньшей степени испытывают экспансию массовой (прежде всего, американской) культуры.

И надо сказать, что в течение последних десятилетий правительства и международные институты пытаются бороться с «культурным империализмом».

В большинстве европейских стран ныне действуют законы, защищающие культурное своеобразие. Существуют особые системы субсидирования, направленные на поддержку национальной культуры.

Складывается парадоксальная ситуация: чем теснее и интенсивнее становятся связи между странами и народами, тем многообразнее в культурном отношении и более «мозаичным» становится мир.

Для обозначения этого парадокса учёные придумали специальный термин – «локализация». То есть одновременно и глобализация, и «локализация» – защита своеобразия традиционных культур.

Недовольство глобализацией вылилось в массовое межнациональное движение протеста, получившее название «антиглобалистского».

Сначала, после громкой и шумной волны протестов в Сиэтле, Праге и Генуе, участников этих акций воспринимали в основном как смутьянов и дебоширов, не знающих, что предложить взамен проводимой «семёркой» развитых стран политики глобализации.

Но после Первого, а затем и Второго социального форума (2001 и 2002 гг.) стало ясно, что антиглобализм уже перерос рамки чисто «протестного» движения и явно не сводится к отрицанию самой идеи всемирной интеграции.

«Антиглобалистов» часто обвиняют в том, что они сами не знают, чего хотят. На это они отвечают: «Мы хотим настоящего глобального мира, где граждане всех государств являются гражданами, а не просто потребителями.

Мы хотим мира, где стремление граждан защитить свой уклад жизни и среду обитания не перечёркивается соглашениями о торговле и инвестициях».

«Антиглобалистское» движение сегодня стало фактором большой политики, с которым вынуждены считаться правительства, международные организации и корпорации.

На стороне «антиглобалистов» – сочувствие значительной части западной общественности, всерьёз обеспокоенной негативными сторонами глобализации.

Глобализация – не автоматический процесс, который завершится бесконфликтным и идеальным миром.

Она таит в себе как новые возможности, так и новые риски, последствия которых для нас могут быть весьма значимыми.

Поэтому люди не должны быть пассивными наблюдателями!

У каждого человека есть возможность стать «антиглобалистом», как минимум, в своей собственной семье, установив в ней собственную «информационную политику».

Поэтому у каждого из нас, в той или иной степени, есть возможность скорректировать нынешнюю глобализацию – чтобы она привела не к унификации культур по американскому образцу «общества потребления», а к «мультикультурализму».

И тогда каждая национальная культура займёт равноправное положение в ряду других культур.

Источник: mirznanii.com