История Церкви полна преступлений. Как можно ей верить?

Мы можем чувствовать правоту своей веры, но не всегда можем её объяснить или доказать человеку неверующему – в особенности тому, у кого наше мировоззрение почему-то вызывает раздражение. А ведь разумные вопросы атеиста могут поставить в тупик даже самого искренне верующего христианина.

Сегодня мы постараемся ответить на один из самых распространённых аргументов атеистов: история христианской Церкви полна преступлений. Как сообществу с такой историей можно доверять?

Как сказал английский писатель Филипп Пулманн, «я не верю в Бога сожжения ведьм; я не верю в Бога еврейских погромов, Бога священников-педофилов, Бога монахинь, истязающих детей в монастырских приютах, Бога религиозных войн и пыток инквизиции»…

Это – один из любимых аргументов атеистических публицистов, и нам стоит его подробно рассмотреть.

На самом деле, этот аргумент ложен.

Он совмещает два греха против логики: манипуляцию эмоциями и непрезентативную выборку.

Впрочем, тот же аргумент используется в любой ксенофобской пропаганде.

Эмоциональная манипуляция работает по простой схеме: во-первых, вызовите сильные негативные эмоции, во-вторых, свяжите их с группой, на которую вы хотите напасть. Например, берём группу тархистанцев, которую мы хотим очернить.

Находим тархистанца-преступника (если группа достаточно большая, преступник там обязательно найдётся).

Затем описываем его злодеяния – с яркими, бьющими по нервам подробностями – и в сознании аудитории возникает яркая эмоциональная картина: тархистанцы – опасные гады.

Причём это – не обязательно какая-то этническая группа. Можно выбрать чисто профессиональную.

Если наша задача – напасть на врачей и вообще медицину, мы легко найдём примеры врачей-преступников и ужасных врачебных ошибок.

А уж каких мучительных и шарлатанских способов лечения полна история медицины – это, как сказал поэт, «страшно, аж жуть»!

Мы можем выбрать такую группу, как, скажем, вегетарианцы.

Думаете, к ним нельзя придраться? Ещё как можно! Сам Гитлер был вегетарианцем!

Одним словом, резко негативные примеры можно найти в любой группе. Но оправдывают ли они какие-то выводы о группе в целом?

Мы могли бы делать какие-то выводы на основании репрезентативной выборки. Например, если бы мы показали, что на тысячу вегетарианцев приходится намного больше злодеев, чем на тысячу мясоедов, мы могли бы говорить о какой-то зависимости (хотя ещё не о причинно-следственной связи).

Но рассматриваемый довод против религии как раз намеренно использует нерепрезентативную выборку – он намеренно выбирает исключительно негативные примеры.

Он выдергивает из ста добросовестных священников одного недобросовестного, чтобы заявить: «попы они все такие».

Но ведь примеры зла в истории христианского мира – вполне реальны. Но ставит ли это под вопрос истину христианского возвещения?

Нет, не ставит.

Евангелие есть возвещение о спасении в погибающем мире.

Церковь учит, что все мы – грешники, удобопреклонные ко всякому злу и безумию, виновные и испорченные.

Христос приходит в мир именно затем, чтобы спасти грешников, которые отчаянно в этом нуждаются.

Человечество находится в ужасном состоянии.

Все мы инфицированы грехом – и это будет проявлять себя в абсолютно любой группе людей. В том числе – и в Церкви.

Писание никоим образом не обещает, что Церковь будет стерильным в отношении греха заповедником святых.

Если бы это было так и грешники не могли бы войти в Церковь, она бы просто не могла выполнять свою функцию – спасать грешников.

Более того, в Церкви могут находиться люди, которые вообще не являются подлинными христианами.

Христос в Евангелии говорит о том, что некоторые люди будут пророчествовать от Его имени, творить чудеса, изгонять бесов – в то время, как Он вообще никогда не знал их, поскольку они «делали беззаконие» (Мф. 7:22-23).

Апостол Иоанн говорит о неких людях, что они «вышли от нас, но не были наши» (1 Ин. 2:19).

Исповедание себя христианином, внешняя принадлежность к Церкви – вовсе не гарантия того, что человек обладает подлинными отношениями с Богом.

В истории человечества благодать Божия пробивается через толщу людского греха и противления – и в жизни отдельных людей, и в жизни целых сообществ.

Языческие славяне, или германцы, или кельты, были чрезвычайно необузданными людьми, и нам стоит оценивать христианство не по тому, насколько дикими были их нравы, а по тому, КАК они менялись.

Приведу пример.

В «Саге о Греттире» упоминается некий конунг (князь) по прозвищу Эльвин Детолюб. Это насмешливое прозвище он получил за то, что запрещал своим воинам во время набегов подбрасывать и ловить на копья грудных младенцев. Для той среды это было из ряда вон выходящее милосердие.

Когда эти культуры стали христианскими, они стали постепенно меняться, но нам стоит учитывать тот исключительно низкий старт, с которого они начинали.

Наши представления о нравственности сформировались тысячелетиями христианской культуры – и мы неизбежно используем христианские же стандарты, чтобы судить наших далёких предков.

«Но разве религия во все времена не склоняет людей к фанатизму и нетерпимости?» – возражают атеисты.

Чтобы понять, ответственен ли фактор Х за явление У, нам понадобится контрольная группа.

Если, например, я считаю, что вегетарианство приводит к фашизму, я должен сравнить число фашистов среди вегетарианцев и среди мясоедов.

Если вегетарианцы, в целом, ничуть не большие фашисты, чем мясоеды, это опровергает мою гипотезу.

Если я считаю, что религия приводит к фанатизму и преследованию инакомыслящих, мне нужна контрольная группа – нерелигиозные люди.

Есть ли у нас такая группа? Да, и очень большая.

К середине ХХ века примерно треть человечества – в Китае, СССР и других социалистических странах – жила при атеистических режимах, при которых влияние религии было либо совершенно уничтожено, либо подавлено.

Исчезли ли с удалением религии, фанатизм и нетерпимость?

Напротив, светские режимы ХХ века в своём фанатизме и преследованиях превзошли худшие религиозные образцы.

Таким образом, гипотеза «религия отравляет всё» опровергнута.

Религия была удалена – а люди оказались ещё более отравленными нетерпимостью, ненавистью, злобой и насилием.

Сергей Худиев (foma.ru)