Если вас коснулось горе…

Как относиться к человеку в горе, как ему помочь, как поддержать, что ему сказать и как НЕ следует его утешать…

Сразу оговоримся, что под горем следует понимать не только смерть близких, но любую невосполнимую утрату.

Горем может стать внезапный развод, потеря работы, диагноз, не оставляющий надежд, авария, повлёкшая инвалидность.

Горе – это ситуация, в которой мы внезапно потеряли то, что было нам дорого и составляло существенную часть нашей жизни.

И здесь очень важно понимать, что горе проходит определённые стадии, в каждой из которых человек нуждается в поддержке определённого рода. Поддержке, которая позволит не застрять в переживании горя на долгие годы и не уйти в деструктивные переживания.

Когда горе внезапно вторгается в нашу жизнь – наш разум отказывается это принимать. Человек чувствует себя как во сне, как будто это происходит не с ним.

Первая наша реакция – шок и отрицание.

Это состояние может продолжаться считанные часы, а может растянуться на несколько дней.

Внешние реакции человека в этом состоянии часто выглядят не вполне адекватно. Это может быть оцепенение, ступор, истерические реакции плача, смеха, либо подчёркнутое спокойствие.

Если человек в горе выглядит спокойным, то окружающие по-разному интерпретируют это состояние.

Одни говорят: «Ой, как хорошо держится».

Другие: «Ну, надо же – даже не плачет!».

Но и то, и другое неверно, потому что внешнее спокойствие – признак того, что осознание непоправимости случившегося до человека ещё не дошло.

Не пытайтесь вывести человека из ступора.

Ступор – это защитная реакция.

Если говорите, то говорите лишь то, что имеет отклик в душе: «Не могу поверить», «Как же так», «Не знаю, что сказать»…

Человек в горе и сам не знает, что сказать.

Человека в состоянии шока можно только слушать.

Слова вообще до горюющего не доходят – лишь самые простые, конкретные, односложные.

Вообще, горюющему необходимо лишь ваше сострадательное присутствие.

Если позволяет положение, можно обнять, позаботиться о нём физически: налить чаю, создать комфорт, а ещё – вместе поплакать.

Следующая реакция человека – гнев, обида, порой агрессия: на врачей, на виновника смерти (реального или мнимого), на самого умершего («на кого же ты меня оставил») и, естественно, на Бога.

Это состояние внешне заметно.

Во-первых, человек не в «ступоре».

Во-вторых, он высказывает претензии – от «как же так?» до «почему это случилось именно со мной?».

Задача человека на этом этапе – выплеснуть гнев, возмущение, выговориться и почувствовать, что он не одинок.

Чем больше человек будет говорить, тем скорее он исчерпает гнев. Поэтому позвольте горюющему говорить. Но в претензиях к Богу предлагайте человеку обращаться к Богу непосредственно.

Увы, в нашей церкви много «прозорливцев», которые точно знают, кого и за какие грехи Бог покарал. При этом они готовы сообщить об этом и самому пострадавшему, и всем вокруг.

Здесь рекомендация одна.

Если кто-то чувствует в себе позывы рассказать человеку, за какие грехи ему такая участь, если возникает хоть какой-то намёк на собственное всеведение, то вспомните святоотеческое: «Заподозрив в себе прозорливость, проверь: не в прелести ли ты?».

Это – более надёжный путь помочь ближнему, чем отвечать на его вопросы с позиции «всевидца».

Следующий неизбежный этап переживания горя: обвинение себя.

Дело в том, что такие вещи, как смерть близких, мы принять не готовы – и мы начинаем без конца прокручивать альтернативные сценарии.

«Ах, если бы мы вовремя обратились к врачам!»… «Ах, если бы я был тогда рядом»… И т.п.

Совершенно понятно, что эти «если бы» уже не имеют никакого смысла – мы не можем вернуться обратно, чтобы заново прожить «тот самый» момент. Однако чувство вины, которое не находит выхода, загоняет человека в тяжёлую депрессию и потенциально может привести к суициду.

Здесь важно помочь человеку понять, что самобичеванием он никого уже не спасёт, зато навредит тем близким, тем людям, которым он дорог, которые очень нуждаются в нём.

Но не надо взывать к чувству долга – мол, «ты должен жить ради других», или «должен жить иначе, чтобы…»…

На долг у человека сейчас нет сил.

Но в этот момент можно сказать, что воскресить умершего нельзя, зато можно помочь другим не попасть в такую ситуацию, или можно помочь тем, кто нуждается в помощи – вот за это горюющий может уцепиться как за соломинку.

Тенденция обвинять кого-то и обвинять себя может закольцеваться.

Это такие качели, в которых люди могут застревать годами – то впадая в гнев, то в самообвинения.

Самая тяжёлая – четвёртая стадия переживания горя – депрессия, когда наступает полное осознание, что ничего уже не поправить, не вернуть, что как прежде уже никогда не будет. Это часто становится апогеем переживания горя.

При этом у окружающих (к этому моменту проходит порой уже нескольких месяцев) складывается впечатление, что человек справился, горе пережил и всё у него наладилось.

Но это – совершенно ошибочное представление.

Просто за это время человек действительно успел «натренироваться» выглядеть спокойным, не рыдать при людях, держать себя в социально приемлемых рамках. А раз он не плачет – значит, всё в порядке.

Соответственно, автоматически ослабевает внешняя поддержка.

На самом деле, в этот период человек переживает самые тяжёлые мучения.

Он замыкается и бежит от людей. Поэтому в этот период такому человеку нужнее всего сохранить контакт.

Важно, чтобы о нём помнили, звонили, вытаскивали на прогулки, были с ним, интересовались его самочувствием, выслушивали, поддерживали.

Если кто-то из вашего окружения переживает горе, как минимум год не оставляйте его своим вниманием.

Если он пропадает – звоните, зовите в гости, приезжайте сами с пирогами, но не исключайте его из жизни.

Если на стадии шока человека следует обнимать и укутывать, то здесь – наоборот: деликатно тормошить, извлекать его из раковины, в которой он себя заточил.

Здесь важна деликатность и искренний интерес к делам, внутреннему миру.

Человеку нужно знать, что он – не умер, и то горе, которое с ним случилось – болезнь, инвалидность, потеря чего-то или кого-то важного – не вычеркнуло его из мира «нормальных людей».

На этой стадии человек видит, что у всех жизнь продолжается, а у него – нет. Поэтому может усилиться агрессия – вплоть до ненависти по отношению к тем, у кого в жизни всё хорошо.

У них дети живы, а у меня умер.

У них семейная жизнь, а у меня семья рухнула.

У них всё хорошо, а у меня всё плохо.

Эта ненависть может быть направлена, в том числе, – и на сочувствующих.

Поэтому важно относиться к этому с пониманием и спокойно, давая человеку возможность выговориться, побуждая его конкретизировать свои претензии к вам, к другим людям.

Когда человек начинает что-то проговаривать – он лучше осознаёт происходящее и видит особенность своих обвинений.

Бывает полезно задать вопрос: «Хочешь, чтобы им было так же плохо, как сейчас тебе? Хочешь, чтобы у них рухнула семьи, умерли дети? Ты, правда, этого хочешь?».

И вот тут у горюющего обычно срабатывает внутренний тормоз.

И всё же, в подавляющем большинстве случаев, наступает стадия принятия.

Человеку становится уже что-то надо.

Да, он ещё дезориентирован горем, но уже начинает приходить понимание, что счастье всё-таки возможно. Не такое, как раньше, другое, но точно – оно может быть!

Человек выстраивает свою жизнь заново – с поправкой на то, что отнято у него утратой. Эта стадия невероятно важна тем, что нередко только тут человек получает ответ на вопрос: «Господи, а зачем это было?».

Если мы прожили горе до конца, если работа горя совершилась, то оно даёт возможность и умение сопереживать другим, понимать ценность жизни и каждого её дня, быть деликатными и сильными – в том плане, что на нас теперь можно опереться, когда кому-то плохо, и нам самим от этого плохо не станет.

Горе, если оно пережито правильно, учит нас любви и сопереживанию.

Это, кстати говоря, касается и священников.

Страх священника перед горюющими, непонимание, что сказать человеку, желание спрятаться за стандартными утешениями, цитатами из священных книг, – всё это связано с тем, что у них, возможно, ещё нет собственного опыта переживания утраты.

А когда не на что опереться самому, остаётся прятаться.

В таком случае честнее сказать: «Понимаю как вам больно, но в полной мере всё-таки представить не могу. Я просто хочу вас поддержать».

А теперь поговорим о том,

ЧЕГО КАТЕГОРИЧЕСКИ НЕЛЬЗЯ ГОВОРИТЬ СКОРБЯЩЕМУ ЧЕЛОВЕКУ.

  1. Никогда нельзя переходить к нравоучениям, проповедям и назиданию.

Не место, не время, не тот момент.

Поверьте, нравоучения подождут до поры, когда человек будет готов перейти в этот формат общения.

То, что вы скажете, – второстепенно. На первом месте – выслушать, разделить боль и переживание.

  1. Не поощрять состояние ложных надежд.

Например, в ситуации внезапного развода (муж ушёл к другой) женщина идёт в храм и говорит: «Батюшка, а если я 40 раз в день буду читать акафист Богородице, муж ко мне вернётся?».

Или – чем больше свечек поставишь и сорокоустов закажешь (непременно – по «семи церквам»), тем благополучнее будет участь усопшего в мире ином.

Или – чем больше потратишь денег на храм, тем легче купишь своим близким место в Царствии Небесном…

Если мы честны в своей вере, то не должны вводить людей с Богом в товарно-денежные отношения.

Мы должны пояснить, что и милостыня, и жертва, – всё это помогает, но не работает автоматически без нашего участия.

Никому – ни себе, ни нашим близким – мы не можем купить абонемент в рай.

  1. Утешение будущим.

«Молодая, ещё родишь» (если умер ребёнок), «Ты красивая, ещё выйдешь замуж»

(если умер муж) и т. п.

Это – бестактное заявление для горюющего.

В это время его не интересуют перспективы. Он сейчас не способен видеть того будущего, о котором ему говорят – он весь охвачен болью настоящей потери.

  1. Запрет на горе.

«Не плачь, всё пройдет»,  «Нельзя плакать, гневишь Бога», «Слезами нейтрализуешь молитву»…

Такое «утешение» формирует для горюющих образ Бога, как наказывающего и жестокого. Кроме того, отсутствие проявлений чувств и эмоций крайне тяжело может сказаться на духовном состоянии горюющего.

Распространённый тезис «плакать – грех» (мол, плач – проявление маловерия) – это ложь.

Библия пронизана слезами.

И не только слезами главных героев, но и слезами, как нравственной интенцией. Вспомните евангельские слова: «Мы играли вам на свирели, и вы не плясали; мы пели вам печальные песни, и вы не рыдали» (Мф. 11:17).

Библейское предание говорит нам о конструктивном выражении горя.

Христос, узнав о смерти Лазаря, плакал.

Спаситель не напустил на себя важный вид, не прочёл нравоучительную проповедь сёстрам Лазаря. Он просто вместе с ними поплакал. И только потом пошёл и воскресил.

Христос страдает в Гефсиманском саду, возмущается торговцами в храме – т.е. мы видим в Нём живого Человека – несмотря на то, что Он был совершенным Богом.

Есть такая известная фраза: «Перед тем, как стать христианином, надо стать человеком». А человеку свойственно горевать в горе и радоваться в радости.

  1. Пустой оптимизм.

Соболезнующий даёт оптимистичную иллюзию и надежду скорбящему («Не волнуйся, всё будет хорошо»).

Но горюющий не может воспринимать это утверждение. Он пока не может видеть такой перспективы и к ней не стремится.

Сейчас ему не важно, что будет потом. Пустой оптимизм его будет скорее раздражать, чем помогать.

  1. «Время лечит».

Для горюющего – банальная и пустая фраза.

В это время он не выстраивает планы на будущее и не верит, что со временем ощущения изменятся.

Время воспринимается им, как остановленное.

Душу лечит не время, а Бог, молитва, добрые дела, дела милосердия.

  1. Обесценивание утраты.

«Слава Богу, отмучился», «Так ему лучше»…

Даже если горюющий признаёт правоту этого утверждения – он всё равно остро и болезненно переживает чувство утраты.

Кроме того, в некоторых случаях это может даже спровоцировать у горюющего обиду на умершего («Да, ему сейчас хорошо, а мне как?»).

  1. Рационализация утраты.

«Хорошо, хоть мать не пострадала», «Тяжело, но ведь у вас ещё есть дети», «Если бы не умер, стал бы бандитом, как отец»…

Такие слова не могут уменьшить боль человека от потери.

Не может служить утешением то, что могло быть ещё хуже.

Невозможно утешить погорельца тем, что у него дом сгорел, но машина осталась, а больного тем, что у него обнаружили диабет, но не в самой опасной форме.

Так же мать не заменит умершего отца, а второй ребёнок не сможет заменить первого.

Да, некоторым людям святые говорили, что смерть их ребёнка была во благо, так как в будущем ребёнок стал бы бандитом или убийцей. Но это было сказано конкретному человеку – это не общее правило.

  1. Сравнение утрат.

«Держись, бывает ещё хуже», «не ты одна такая», «вот у тебя муж, а у них дети погибли»…

Соболезнующий рассчитывает на то, что горюющий от этого сравнения поймет, что его потеря не самая страшная, что бывает ещё тяжелее – и таким образом, у него уменьшится боль от потери.

Но если всем вокруг ещё хуже, то это не улучшает, а наоборот, ухудшает состояние человека. Горюющий человек не может сравнить свою боль с болью других.

  1. Вольные или невольные обвинения.

«Вы же сами виноваты!», «Если бы вы вовремя…»…

При выражении соболезнования нельзя говорить и упоминать о том, что смерть каким-либо образом можно было предотвратить.

Желание «утешителя» найти виновного в смерти, может вызвать у скорбящего дополнительное чувство вины, но не утешить.

  1. Надежда на месть или наказание.

«Надеемся, что этих негодяев найдут и посадят», «мы их обязательно найдём и…»…

Обещания мести, пожелание праведного возмездия обидчику, солидарность в недобрых чувствах горюющему не могут смягчить боль потери.

Такие «утешения» могут ввести скорбящего в состояние сильной агрессии – со всеми вытекающими последствиями.

  1. Возложение вины на Бога.

«Бог дал – Бог и забрал», «Бог забирает лучших», «такова воля Божья»…

Такое утешение подойдёт только глубоко верующему, воцерковлённому  человеку, живущему духовной жизнью.

Невоцерковлённого человека в острой стадии переживания горя подобные фразы не только не утешат, но могут вызывать агрессию в отношении Бога.

Если ребёнку сказать, что Бог забирает лучших, он начнёт плохо себя вести, чтобы не быть лучшим, и взрослые не смогут понять такую перемену в его поведении.

  1. Возложении вины на умершего.

«Всё из-за его порочной жизни», «спился», «он же был наркоманом – это должно было случиться»…

Напоминание горюющему о недостатках человека, который умер, по меньшей мере – неэтичны. Оно делает потерю ещё более трагичной, развивает в горюющем чувство вины, причиняя ему дополнительную боль.

Осуждающий человек, который так выражает «соболезнование», ставит себя в роль судьи, который не только знает причину, но и имеет право осуждать умершего, связывая определённые причины со следствием.

  1. Утверждение о понимании боли скорбящего.

«Я знаю, как вам трудно», «я знаю, что вы сейчас чувствуете»…

Никто не может понимать чувства другого или испытывать их так же – как и понять физическую и душевную боль другого, кроме того, кто её испытывает.

Чувства индивидуальны и каждый человек их по-своему переживает и ощущает.

В таких случаях лучше ограничиться словами: «Могу только догадываться, как тебе плохо»…

  1. Соболезнование в виде любопытства.

«А как это случилось?», «А где это произошло?», «А что он сказал перед смертью?»…

По сути такие «соболезнования» – бестактное любопытство.

Вопросы такого рода уместны только в том случае, если для горюющего это будет предлогом для желаемого разговора.

  1. Сравнение с собой.

«Когда у меня мать умерла, я тоже чуть с ума не сошла», «Я тоже, как и ты…»…

Не думайте, что ваш опыт поможет скорбящему легче пережить горе.

Более того, таким образом может произойти умножение скорби и боли – взаимная индукция – которая не только не улучшит, но и ухудшит состояние скорбящего.

  1. Соболезнования в стихах.

Напыщенны, неискренны, наигранны и театральны.

Человеку в состоянии горя «рвущие душу» поэтические фразы способны лишь ещё больше усилить душевные страдания.

КАК ПОДДЕРЖАТЬ СКОРБЯЩЕГО ЧЕЛОВЕКА?

Давайте вслушаемся в такие известные нам слова, как сочувствие и соболезнование.

Со-чувствие – это совместное чувствование, общее чувство.

Со-болезнование – совместная болезнь (а не ритуал).

Соболезнование – это искреннее желание разделить с человеком его горе, попытаться взять на себя часть его боли, так как «разделённое горе – это полгоря».

Поэтому соболезнование не должно быть формальным ритуалом или пустыми словами, за которыми нет ни тепла, ни искреннего сочувствия.

Если нет искреннего сочувствия – лучше вообще не приходить с «соболезнованиями».

Иногда горюющие люди каются на исповеди в том, что все свои внутренние силы, которые надо было пустить на преодоление горя, они потратили на то, чтобы не «убить» соболезнующего.

Не следует искусственно сдерживать себя в проявлении добрых чувств к горюющему и в выражении тёплых слов к умершему.

Часто люди считают, что надо сдерживать себя, не проявлять истинных чувств, дают себе установку: «не плачь», «не будь тряпкой», «будь мужиком»

Человек, который переживает острое горе, находится во власти очень сильных чувств.

Попытки говорить очень правильные слова, апеллировать к логике в большинстве случаев не работают. Это происходит потому, что в данный момент горюющий не может логически рассуждать.

Соболезнование можно выразить так, как подсказывает вам сердце – от избытка чувств говорят уста.

Выражением сочувствия и скорби может быть немое (без всяких слов) прикосновение, пожимание и поглаживание рук. Можно обнять, поплакать рядом с горюющим, прикоснуться к горюющему.

Но ни в коем случае нельзя применять к нему силу – насильно сжимать в объятиях, хватать за руки и т.д.

Слова соболезнования – мертвы без дел.

Реальные дела подкрепляют ваши слова сочувствия, придают соболезнованию вес и искренность, облегчают жизнь горюющему, позволяют самому соболезнующему сделать доброе дело.

Примеры фраз-соболезнований:

«Он очень много значил для меня, скорблю с вами»; «Пусть нам будет утешением, что он подарил нам столько любви и тепла. Будем молиться за него»; «Нет слов выразить вам нашу скорбь. Он очень много значил в нашей жизни»; «Это огромная потеря для всех нас. Чем я могу вам помочь? Вы всегда можете на меня рассчитывать»…

Перед тем, как сказать слова утешения:

– Подумайте о своём отношении к умершему, вспомните жизнь покойного и важнейшие моменты его жизни.

– Вспомните то хорошее, что умерший сделал; чем помог и какие радости принёс лично вам.

– Подумайте о степени утраты тех людей, которым вы собираетесь выразить соболезнование. Попробуйте ощутить их внутреннее состояние.

При соболезновании желательно:

– Молиться и за усопшего, и за горюющего (непременно закажите о них церковное поминовение).

– Подкрепить соболезнование предложением посильной помощи (помощь по хозяйству, в организации похорон и др.). Не стесняйтесь спросить – чем можно помочь.

При этом не расценивайте отказ от разговора или предлагаемой помощи, как личный выпад против вас.

Надо понимать, что горюющий в этом состоянии не всегда может адекватно оценивать ситуацию. Он может быть невнимательным, пассивным, находиться в состоянии чувств, которые очень сложно оценить другому человеку.

И ещё один очень важный момент.

Выражение соболезнования – это не только разделение скорби, но и обязательное примирение.

Обычно уместно искренне кратко и тактично попросить прощения за то, в чём вы себя считаете виноватым перед умершим или лицом, которому приносите соболезнование.

Если у горюющего и умершего были тяжёлые взаимоотношения, предательства, конфликты, то это не должно влиять на ваше отношение к горюющему, – мы не можем знать степень раскаяния (в настоящем и будущем) этого человека.

Мы можем только слушать, сопереживать, поддерживать, вместе поплакать, вместе помолиться,  дать понять ему, что он вам – не безразличен.

Мы должны стать той ниточкой, которая привяжет его к жизни и поможет выйти на новый этап своей жизни.

А ещё мы должны помнить, что универсального совета тут нет.

Все люди разные и этапы переживания горя у каждого тоже различны.

Подготовил священник Александр Каневский