Что такое социопатия и как с ней бороться

Сегодня среди молодежи очень много деформированных личностей, у которых нет так называемого эмоционального интеллекта, который выражается в способности понимать эмоции окружающих людей, сочувствовать и сопереживать им, оказывать эмоциональную поддержку.

Огромные проблемы существуют и в сфере социального интеллекта, т.е.  в способности молодых людей планировать своё будущее, мотивировать свои действия, трезво и критически оценивать себя.

Каковы же причины того, что эти тонкие душевные качества столь слабо развиты у нынешней молодежи?

Беседа с детским психиатром Галиной Козловской

– Галина Вячеславовна, говорят, что социопатию провоцирует неправильное воспитание. А какое воспитание Вы считаете правильным?

Социопатия – это довольно новый термин в перечне психических нарушений, которое встречается во всех возрастах: как у маленьких детей, так и у подростков и взрослых.

Это психическое расстройство личности, которое возникает вследствие неправильных условий жизни и неблагоприятного воздействия среды.

Понятия правильного и неправильного воспитания достаточно условны. Но, тем не менее, все мы в определенной степени представляем себе, что такое правильное или адекватное воспитание. Оно в меру разумно, в меру доброжелательно и в меру строго.

При таком воспитании взрослые пытаются выявить скрытые, потенциальные возможности ребёнка и дать им развиться в максимальной степени.

Если же возможности ребёнка ограничены из-за каких-то неустранимых физических или психических недостатков, то важно усиленно стимулировать его сохранные функции, чтобы по возможности развить личность, сформировать характер, довести физический статус до максимально возможного в этих непростых условиях.

И мы знаем немало случаев, когда инвалиды, т.е. люди с ограниченными физическими возможностями добиваются успехов в других областях, не требующих больших физических нагрузок. Например, в музыке или живописи.

То есть правильное воспитание – это, безусловно, не потворствование, не приглаживание недостатков, не разрешение ребёнку капризов, не какая-то чрезмерная доброта, которая может идти во вред. Процесс воспитания представляет собой упорный совместный труд взрослого и ребёнка. Труд, направленный на совершенствование задатков ребёнка и на его адаптацию к окружающему миру.

– А как выглядит неправильное воспитание?

– Оно может выглядеть по-разному.

Во-первых, это тип воспитания, называемый «Золушка», – когда ребёнок угнетён, унижен, когда взрослые предъявляют к нему завышенные требования, не признают его успехов; он недополучает ласки и подарков; его плохо кормят, он плохо, неряшливо, небрежно одет. Такой ребёнок находится в состоянии глубокой эмоциональной и физической депривации (ограниченности). В его воспитании наказания преобладают над поощрениями и похвалами.

Другой, противоположный предыдущему, тип неправильного воспитания – «кумир семьи». Такому ребёнку всё позволено, от него требуют быть всегда первым. Однако это требование проявляется весьма специфическим образом: что бы он ни сделал, он, по мнению родителей, всегда лучше всех.

Он никогда ни в чём не знает отказа, в нём мощно подпитывается эгоизм.

Такой ребёнок может быть искренне уверен в том, что мир крутится вокруг него.

Ему неизвестно, ЧТО значит усиленно трудиться, он не в состоянии уступить, сделать другому что-то приятное, чем-то поделиться.

Третий тип неправильного воспитания – это гипоопека, когда ребёнок недополучает необходимой ему помощи от окружающих.

Попросту говоря, им не занимаются, и возникает педагогическая запущенность, безнадзорность.

А есть и гиперопека, когда за ребёнка как бы стараются жить, всё за него делают, везде протежируют, ограждают от любых трудностей, в младенчестве не спускают с рук.

– Неужели такие разные формы воспитания приводят к одинаковому результату?

– Представьте себе, да! К пубертату, когда уже определяется личность и юный человек начинает самостоятельно входить в окружающий мир, результат во всех четырех случаях примерно одинаков. Эти люди формируются как асоциальные типы. В разной степени, конечно, но тем не менее…

– Чем характеризуется такой тип человека?

– Это, как правило, люди несамостоятельные, неуверенные в себе, с большими амбициями и большой неудовлетворенностью.

К примеру, «кумир семьи» требует к себе особого внимания. А его нет! Более того, он претендует на лидерство, но для этого нет оснований. Он считает себя важной птицей, а оказывается, что он недостаточно образован и умел. Иными словами, он ничем особо не выделяется среди окружающих, однако претензии при этом остаются очень большими, что порождает обиду и злость.

– Ну, а «Золушка»?

– К сожалению, в реальной жизни «Золушке» на её жизненном пути не всегда попадается принц. Поэтому подрастая, она нередко становится злым существом, обиженным на весь мир. Такой человек тоже претендует на безусловное признание окружающих, и не получая его, озлобляется ещё больше.

При безнадзорности (гипоопеке) и при гиперопеке у подростка возникает отрицательное отношение к близким и к окружающему миру вообще.

Такие люди конфликтны, для них характерно подчинение сильному и пренебрежение к слабому. Они стремятся унижать слабых, вымещая на них свои обиды, претензии и злость.

Именно такие особенности воспитания формируют девиацию личности. И в ряде случаев эта девиация (отклонение) настолько закрепляется, что уже становится спонтанной, не зависящей от внешних влияний. Она действует как конституционально обусловленное, врожденное качество.

Формируется так называемая нажитая психопатия, которая отличается от конституциональной психопатии тем, что она сформирована окружающей средой, а не задана от природы.

Как правило, такие личности десоциализированы и плохо адаптируются к обычным людским взаимоотношениям.

 – Почему?

– Потому что обычные человеческие коммуникации строятся на определенных принципах, на требовании соблюдения иерархии и, что самое главное, на необходимости трудиться, выполнять какие-то деловые обязательства. А этого социопаты не умеют, ведь умение трудиться – это навык терпения, когда человек вкладывает определенные усилия в расчёте на некое будущее вознаграждение.

Причем совсем не обязательно материальное! Для него гораздо важнее осознавать, что когда-нибудь, рано или поздно, он добьется нужного результата: чему-то научится, что-то создаст и тому подобное.

Если же в человеке не воспитана потребность трудиться, если труд сам по себе не приносит ему радость, то такой человек глубоко несчастен. Хотя не все это осознают.

Многим кажется, что главное – иметь много денег, тогда не надо будет работать, а можно без конца развлекаться.

Однако не зря говорится, что не в деньгах счастье. За деньги далеко не всегда можно купить настоящее эмоциональное, духовное удовлетворение.

– Много ли сейчас социопатов?

– Увы, да. Среди молодежи очень много деформированных личностей, у которых нет так называемого социального, эмоционального интеллекта, под которым понимается не тот интеллект, который присущ человеку от природы: память, речевые навыки и тому подобное, а интеллект, формирующийся в процессе воспитания.

Эмоциональный интеллект выражается в том, что человек умеет понимать эмоции окружающих людей, умеет им сочувствовать, оказывать эмоциональную поддержку. Благодаря этому он становится людям приятен. Они видят, что ему можно доверить какие-то свои переживания, поскольку он поймет, не будет осмеивать, а наоборот – поможет.

– А социальный интеллект?

– Социальный интеллект заключается в том, что человек способен планировать своё будущее, свои действия. И не просто планировать, но и объяснить – зачем он что-то делает, каковы его намерения.

Человек, обладающий социальным интеллектом, умеет критически оценить себя, видит свои и чужие недостатки, может сказать о них не грубо, в лоб, а деликатно, проявляя свой эмоциональный интеллект.

К сожалению, эти тонкие душевные качества сейчас слабо развиты у молодежи. Наблюдается феномен, который получил в психиатрии название «алекситимия». Это невозможность выразить словами свои желания, действия, планы.

– Неужели у современных молодых людей настолько неразвита речь?

– Нет, тут дело не в недоразвитии речи, а в том, что человек не обладает навыками самоанализа, не умеет разбираться в людях, не способен проанализировать свои и чужие поступки.

На мой взгляд, к такому печальному положению вещей во многом привело то, что в наших школах перестали серьезно изучать классическую литературу.

Школа тут играет особую роль.

Раньше, как вы помните, детей приучали писать сочинения на литературные темы, анализировать действия и характеры героев. Учили понимать музыкальные произведения, описывать настроение, которое вызывает та или иная музыка, рассказывать, какие образы и картины всплывают в воображении при её прослушивании. Причём, чем сложнее произведение, тем сложнее бывает произвести анализ чувств, заложенных в музыке.

Сейчас это практически не тренируется, и у многих подростков не сформирована тонкая душевная организация, необходимая для сопереживания, для настоящего творчества, умения ладить с окружающими.

В этом плане очень многие молодые люди даже не всегда осознают девиацию своих поступков, свою социальную недостаточность, социопатию, которая, конечно, не всегда бывает в степени настоящего психического расстройства, но которая всё равно мешает человеку быть счастливым, потому что он не находит себе места в окружающем мире, строит нелепые планы и т.д.

Скажем, милая девочка-подросток вдруг заявляет, что она хочет быть проституткой, потому что, по её понятиям, она «много зарабатывает» и при этом «ничего особо не делает».

– А желание стать фотомоделью, которое сейчас нередко высказывают девочки, – из той же оперы?

– Безусловно! Обратите внимание на то, что о своем желании стать модельерами подростки заявляют гораздо реже, поскольку понятно, что для этого надо много трудиться, уметь хорошо рисовать. А фотомоделью, думают девочки, быть совсем несложно. Главное – иметь соответствующие данные, надеть наряд и показывать себя на подиуме. А то, что это на самом деле тяжкий и неблагодарный труд, большинству претенденток в голову не приходит.

Незнание жизни, даже на своем подростковом уровне, тоже, как правило, обусловлено недостаточностью культурного багажа.

Сбрасывание литературной классики с корабля современности привело к тому, что у огромной массы современных подростков нет нормальных, истинных ценностей: ценностей дружбы, любви, преданности, трудолюбия. Им совершенно не интересны хорошие книжки, их не увлекают никакие предметы, они не хотят заниматься в кружках.

К учебе и нормальным детско-подростковым интересам они относятся с каким-то недетским цинизмом. Я бы даже сказала, извращенно.

К примеру, три мушкетера воспринимаются чуть ли не как рэкетиры или, во всяком случае, уголовные элементы, которые устраивали козни против собственной страны и боролись с женщиной.

То есть все переворачивается с ног на голову!

Отказ от классического наследия порождает и отказ от традиционной системы ценностей, традиционного восприятия всемирно известных произведений.

Конечно, над этими странными, нелепыми суждениями можно было бы посмеяться, если бы не горечь от осознания того, что на наших глазах растет когорта людей, совершенно оторванных от классической культуры и традиционных понятий о добре и зле, чести и подлости, верности и предательстве.

Да что там три мушкетера! Даже про Зою Космодемьянскую сейчас порой можно услышать, что она сама виновата в том, что её повесили оккупанты. Зачем молчала? Рассказала бы всё, и немцы её отпустили бы. Ну и прочие такие же нелепые фантазии…

Строго говоря, с медицинской точки зрения социопатия не является психиатрической проблемой. Это скорее проблема социальная, и лечить её должны не врачи, а общество.

– А преступники – тоже социопаты?

– Конечно. Если только они не попали за решетку случайно, по недоразумению, из-за какого-то тяжкого стечения обстоятельств.

Опять-таки хочу подчеркнуть, что преступники-социопаты не являются психиатрическими пациентами, поэтому они и оказываются не в психиатрической больнице, а в тюрьме.

С точки зрения психиатрии их можно определить как людей не совсем полноценных, но лекарств для них не придумано, кроме воздействия достаточно строгого тюремного заключения и разумных воспитательных мер.

Если же тюрьма больше похожа на санаторий, за что сейчас ратуют многие правозащитники, то ощущение безнаказанности только ещё больше усугубляет их социопатию.

– А наркоманы – социопаты?

– У многих социопатов внутренняя структура личности очень слабая, а потребность в удовольствиях – на первом плане. И вот эта личностная слабость приводит к тому, что люди прибегают к наиболее легким способам получения удовольствия: к классическим наркотикам и к новым, как теперь называют, нехимическим наркотикам типа компьютерных игр и Интернета.

В киберпространство легче всего погружаются как раз те люди, которые не находят себе признания в реальном мире.

В мире виртуальном они могут назваться другим именем, придумать себе другую внешность, биографию и получить в лице этого фантома то признание, которого им так недостает в действительности.

К сожалению, психологическая зависимость от экрана затем перерастает в физическую, и, в конце концов, нехимическая зависимость приобретает классические формы наркомании.

Так же, как и при наркомании, в данном случае социопату нужно всё больше и больше сидеть перед компьютером, так сказать – увеличивать дозу компьютерного наркотика.

При отлучении от компьютера возникает абстиненция, при возобновлении игр – эйфория.

– Воспитание детей в неполных семьях может таить в себе угрозу формирования социопатии?

– Однозначно! Неполная семья всегда дисфункциональна. Как бы мама ни старалась взять на себя двоякую роль, олицетворяя собой и женское, и мужское начало, ни физиологически, ни психологически это невозможно. Поэтому избежать перекосов не получается.

Надо сказать, что влияние отца в семье долгие годы недооценивалось, а ведь отец играет колоссальную роль в деле воспитания гармоничной личности.

Причем не только в виде каких-либо конкретных воспитательных воздействий, а даже просто самим фактом своего присутствия.

Наличие отца в семье придает уверенности не только детям, но и маме.

Двойное осуществление воспитательных функций – как со стороны матери, так и со стороны отца – тоже идет ребёнку на пользу.

Данный вопрос пока ещё мало изучен, но накопленный фактический материал позволяет утверждать, что наличие отца в семье играет колоссальную роль. Особенно для мальчиков.

Неслучайно среди социопатов преобладают именно мальчики, большинство которых растут либо в неполных семьях, либо в таких, где отец ведёт себя деструктивно, подавая мальчику дурной пример.

Кстати, мальчики вообще более отзывчивы на правильное или неправильное воспитание, поэтому в их поведении при наличии дурного примера быстро появляются девиации.

Впрочем, они легче, чем девочки, поддаются коррекции.

– Можно ли говорить о каких-либо врожденных социопатических наклонностях ребёнка, или тут всё зависит от воспитания?

– Если мы имеем в виду социопатию, то тут все связано с воспитанием, то есть с внешними воздействиями. А вот при психопатии главное – врожденные задатки. Хотя неправильное воспитание тоже играет формирующую роль.

Когда у ребёнка имеется какая-то мозговая недостаточность, травмы головы, перенесённые инфекции, повышенное внутричерепное давление, неправильное воспитание ещё больше усугубляет проблему.

Тут требуется обязательное лечение всех предпосылок, устранение факторов риска и определенная учёба родителей.

– Какая именно учеба?

– Родители таких детей часто не могут выставить им правильные рамки поведения и невольно способствуют развитию патологии.

Многие недооценивают роль домашнего труда, не понимают, как важно для гармоничного развития ребёнка с детства приучать его убирать игрушки, помогать маме в уборке квартиры и приготовлении еды.

Детям необходимо давать посильные поручения и добиваться, чтобы они выполняли их не тяп-ляп, спустя рукава, а тщательно. Это развивает чувство ответственности.

Конечно, нельзя лишать ребёнка игрового детства, но радость должна быть не только от этого, а и от каких-то других успехов – не только игровых.

Да, в дошкольном возрасте обучение музыке, спортивные, художественные и прочие занятия тоже проходят в игровой форме, но там всё равно надо стараться добиться от ребёнка каких-либо реальных успехов, а не просто хвалить его за то, что он появился на занятиях.

При этом любые, даже самые маленькие успехи непременно должны поощряться, потому что достижение чего-то нового должно идти через признание успеха и выработки умения справляться с неуспехом.

Ребёнку надо объяснять, что неуспех – это естественное явление, что он бывает у любого человека, и, столкнувшись с неудачей, нельзя опускать руки.

Родителям следует определить, к чему у их ребёнка есть склонности, и стараться эти склонности развивать. Тут ребёнок тоже должен трудиться.

– Вроде бы такие простые вещи. Неужели это – профилактика социопатии?

– Да. Сейчас родители вообще часто не понимают многих, казалось бы, простых вещей, потому что средства массовой информации и некоторые специалисты сбивают их с толку. Для помощи родителям, которые не справляются с воспитанием трудных детей, необходимо создавать медико-социальные структуры, объединяться, создавать общественные родительские комитеты.

– А как родителям вести себя с подростками?

– Это сейчас самая сложная проблема. Пубертатный период проходит относительно гладко, если у подростка имеется увлечённость каким-либо продуктивным занятием.

В советское время было множество кружков, где психологически деформированные подростки получали косвенную помощь.

Вроде бы там ставились не медико-психологические, а социальные задачи. Но на самом деле параллельно происходила профилактика, а нередко и коррекция социопатии.

Интересные дела: авиамоделирование, радиотехника, вождение автомобиля, турпоходы и прочее – отвлекали мальчишек от бесцельного шатания по улицам, помогали формировать мужские качества.

Было много и бесплатных спортивных секций, театральных студий, шахматных и прочих кружков, в которые с удовольствием ходили дети и подростки.

Когда у детей помимо учебы есть ещё какая-то сверхзадача, это обычно помогает ребятам с угрозой социопатического формирования личности.

Создание подобных кружков и пропаганда занятий в них может очень сильно помочь подросткам пройти нелегкий переходный возраст.

– А что можно посоветовать женщинам, которые, выйдя замуж, вдруг обнаружили, что их муж – социопат?

– Лучше всего постараться распознать эти признаки как можно раньше – до замужества, ведь стремление подавить слабого, раздражительность, нежелание трудиться, зависимость от компьютерных игр, алкоголизация – все эти признаки нередко проявляются уже во время ухаживания, и нужно поостеречься связывать свою судьбу с таким человеком.

Тут не стоит питать никаких иллюзий: все недостатки, замеченные до свадьбы, имеют свойство лишь усиливаться в браке.

Во всяком случае, жить с таким человеком будет очень трудно. Ну, а если решительный шаг уже сделан, надо проявить мудрое терпение и пытаться вывести своего суженого из той западни, в которой он оказался из-за неправильного воспитания в детстве. Но это возможно лишь при большой любви, когда любят не за что-то, а просто так.

– И даже вопреки.

– Да. Во всяком случае, проявляя терпение и любовь, социопата нельзя распускать. Жена не должна взваливать на себя все обязанности – в том числе и по зарабатыванию денег. Наоборот, перед социопатом совершенно необходимо ставить какие-то сверхзадачи – не заоблачные, а посильные. И отчасти действовать с ним, как с малым ребёнком, подбадривая и хваля за успехи, и помогая переживать неудачи.

Далеко не все женщины с этим справляются, ведь в муже хочется видеть опору, а не ещё одно малое дитя.

Поэтому всё-таки лучше подходить к браку серьезно и с социопатом не связывать свою жизнь. Эти люди своей расхлябанностью, неустойчивостью, капризностью, упрямством, безосновательными претензиями на лидерство могут испортить жизнь всем – и жене, и детям.

– Если я правильно понимаю, то для социопатов ещё характерно непризнание своей вины, некритичное отношение к себе.

– Да, в этом как раз и проявляется недостаточность социального интеллекта, характерная для социопатов. Если бы были ужесточены социальные требования, предъявляемые к таким людям, число социопатов заметно убавилось бы. Только важно, чтобы требования были конкретны и не сводились, как в последние десятилетия, к материальному обеспечению семьи без какой-либо нравственной составляющей, ведь воровство – это тоже способ материального обеспечения, и нередко, как мы видим по нашей новейшей истории, весьма успешный.

– Я что-то не припомню, чтобы в те времена, когда в нашей стране не позволялось тунеядство, было так много неработающих мужчин, которые сидят на шее у жены или у престарелых родителей-пенсионеров.

– Конечно. Общество должно быть требовательно к своим гражданам. Одновременно оно должно помогать им, создавать условия для честного труда и нормальной, нравственной жизни.

К примеру, в свое время было принудительное лечение алкоголизма в лечебно-трудовых профилакториях, которое давало, вопреки уверениям некоторых либеральных правозащитников, хорошие результаты.

– Сейчас предлагают ввести такое лечение для наркоманов.

– Дай Бог, чтобы это получилось! К слову сказать, наркомания хорошо лечится в монастырях и православных общинах, где присутствуют жёсткие требования, дисциплина, труд, воздержание и одновременно – приобщение к истинным ценностям, высоким целям и настоящим, а не суррогатным духовным радостям.

Именно это социопатам необходимо как воздух.

С Галиной Козловской беседовала Татьяна Шишова