ЧТО ТАКОЕ ПРАВОСЛАВНАЯ ПЕДАГОГИКА

Эксклюзивное интервью Александра Николаевича Жукова, председателя общественной организации «Украина православная» газете «Родительский комитет».

ТАК об этом говорим впервые!

АЛЕКСАНДР ЖУКОВ: «ОБЩЕСТВУ НУЖНА ПРАВОСЛАВНАЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ПЛАТФОРМА»

– Александр Николаевич, хочу задать Вам вопрос, который встревожил очень многих людей. Речь идёт о закрытии общественной организации «Украина православная». За годы её деятельности немало было сделано для развития духовно-нравственного направления в системе отечественного образования, издавалась методическая литература и пособия, оборудовались «классы нравственности» – да как оборудовались! – проводились аналитические исследования, и вот – «Украины православной» больше нет. Что произошло?

– Это не совсем так. Скажем, активная деятельность нашей организации приостановлена по разным причинам.

«Украина православная» для всех нас сыграла свою роль. Около 10-ти лет назад, то есть в начале нашей деятельности, мы ставили перед собой цель, как мирские люди: влить финансовый ресурс и создать общественную организацию, которая смогла бы помочь Церкви взаимодействовать с миром. Но тогда, когда мы создавали «Украину православную», мы даже не подозревали – с чем мы столкнёмся.

Мы видели, что есть люди, которым это надо и думали, что есть люди, которые могут. А если есть люди, которые могут и есть люди, которым надо, наше дело – внести организационный и финансовый ресурс, чтобы соединить тех, кто может, с тем, кому надо. Но когда мы начали работать, выяснилось, что тех, кто может – их в принципе нет.

Большинство людей, в том числе преподавателей, связанных с духовно-нравственными предметами, сами не занимаются внутренним деланием, пребывая далеко даже от понимания образа мышления истинного христианина – они просто транслируют своим воспитанникам то, что они когда-то почерпнули из книг.

Но, если нет внутреннего делания, это уже – не Православие. Потому что Православие обращено на сердце человека и, прежде всего, на состояние совести, которое определяет его нравственное состояние, т.е. состояние всех сил души.

Если сам человек это осознал, если он постиг путь этого делания, приобрёл опыт на этом пути, сверил свой опыт с опытом пути святых отцов, тогда он может с большой осторожностью делиться им с другими.

Православие есть религия опыта, а опыт очень часто противоречит выводам и заключениям горделивого ума. Ибо, когда мысль отрывается от опытом приобретённого смирения, то она неизбежно попадает в расставленные дьяволом сети и тогда духовные чувства, одурманенные аплодисментами окружающих, вкушают ядовитую сладость человеческой славы, устремляя за собой все силы души служить лукавому духу – в полном убеждении, что служат Богу.

Внутреннее делание направляет человека на приобретение смирения и кротости, а этот процесс неразрывно связан с очищением совести и преобразованием сил души.

Когда совесть человека очищается, то он начинает видеть иные смыслы, лежащие за пределами этого материального мира – там, где живёт Истина.

Человек приближается к Свету, этот Свет очищает и просвещает его. И тогда Бог освящает его – то есть Святой Дух вселяется в него и начинает действовать в нём.

Без соединения Бога с человеком человек светом стать не может. Он может говорить о Свете со слов других. Но если человек никогда с Ним не соприкоснулся, не познал Его смыслов и эти смыслы не стали для него руководством к жизни – то чему он может научить другого?

Он неизбежно сам по-своему будет интерпретировать то, КАК он себе этот Свет представляет и, в лучшем случае, будет только ссылаться на опыт святых отцов.

В сущности, тот путь просвещения, который мы избрали в XVII веке, когда преподаватели   Киево-Могилянской академии, взяв за основу латинские учебники и опыт преподавания в католических школах, начали воспитывать не сердце, а наполнять знаниями ум, так и остался для нас руководством к действию в образовании и воспитании.

До этого почему Святая Русь называлась Святой? Потому что она знала свою веру не столько умом, сколько сердцем.

Православная образовательная парадигма отличается от мирской тем, что в светской развитие человека происходит в направлении от теории к практике, а в Православии наоборот – от практики к теории.

Что говорит апостол Павел? «Вникай в себя и в учение; занимайся этим постоянно: ибо, так поступая, и себя спасёшь и слушающих тебя» (1 Тим. 4:16).

Как этого достичь? Только тогда, когда ты сам что-то делаешь.

Когда сам учащий – человек внутреннего делания. И вот таких людей мы не встретили, да и сами ими не являлись.

– А научить? Подготовить таких людей…

– Чтобы научить – надо уметь самим. А мы столкнулись с людьми, которые не могли ответить даже на наши вопросы. О каком организационном ресурсе могла идти речь?

На тот момент мы нашли порядка 40 экспертов, надеясь с их помощью создать разные классы, группы методистов. Но все эти эксперты оказались всё теми же типичными книжными людьми, которые часто оперируют фразами, типа «стяжите Святой Дух», «стяжите благодать», «очистите сердца», но КАК это, ЧТО это – они не понимают сами.

Это стяжание и очищение им абсолютно неведомо. Но если ты не знаешь – что это, как ты можешь этому кого-то научить?

«Украина православная» организационно структурировалась, шёл учебный процесс, но я не понимал – к чему мы идём.

Вот, мы открываем духовный центр. Туда приходят люди, но центр не работает. Потому что нет человека, который знает, КАК он должен работать.

Такой центр можно напичкать всем, чем угодно: рисованием, пением, каким-то развитием, чтением, праздниками, но это всё внешнее – оно не помогает  человеку приблизиться к познанию Бога, чтобы пожелать измениться сущностно!

А ведь мы сталкиваемся с удивительными детьми.

Вот, например, маленький Мишенька. Однажды он сказал своей маме: «Я не буду смотреть этот фильм. В прошлый раз я с вами посмотрел такое кино и у меня потом на молитве слёз не было…».

Представляете?

Ребёнок, у которого на молитве слёзы, понимает, что фильм высушил ему эти слёзы.

В маленьком сообществе детей, которое недалеко отстоит от Бога, они это всё чувствуют. А кто из взрослых способен ТАК чувствовать, так ощущать, так же плакать вместе с ними на молитве? Ибо на вопрос мамы: «А ты что, плачешь во время молитвы?» – он ответил: «Мама, когда я плачу, я вас всех так люблю!» …

Таких взрослых крайне мало, поэтому со временем и дети становятся как все – как мы сами их называем: обычными детьми.

У них уходят и слёзы, и молитва, а сердце становится нечувствительным к божественным энергиям. Оно не способно чувствовать, а способно только заполнять свой ум знаниями о них, а заполняя ум – оно начинает превозноситься над другими. А от превозношения оно каменеет, становится жёстким, не принимает чужую точку зрения, непременно настаивая на своей правоте и, естественно, начинает входить в конфликты.

И вот мы уже бьёмся друг с другом порой о совершенно глупых вещах. А высокие смыслы наши сердца не только не вмещают – у нас нет уже потребности в них.

Начиная свою работу, мы мечтали таких детей собрать и дать им ДРУГУЮ школу – с другими приоритетами, с иной деятельностью – чтобы не дать им далеко уйти от той крещенской благодати, в которой они пребывали в 5-летнем возрасте!

Ведь современный мир настолько покрывает человека, что человек забывает всё доброе, что в нём когда-то было.

Человек забывает свои духовные ощущения, поражает свою совесть, а через это и все силы души, и идёт вслед за рассудком, за любопытством, за игрой, за бесовским превозношением – за всем тем, за что мир его хвалит и аплодирует.

Мир воспитывает в человеке самое страшное – самость, т.е. мнимую независимость от Бога, основа которой – «похоть плоти, похоть очей и гордость житейская» (1 Ин. 2:16). Ибо мир основан на сущности первородного греха – желании самобытного, автономного существования.

Мы хотим видеть себя самоправедными.

«Я сам знаю», «я сам сделаю», «я сам исправлюсь» – состояние величайшей гордыни, отвергающей заповедь Божию: «Без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:5).

Самость – главная проблема человека-грешника, ибо в ней сосредоточено желание грешить, т.е. поступать вопреки воле Божией.

Ад – это место, где изолировано именно это желание.

– Вы считаете, что в нынешних условиях ребёнка возможно долго удерживать в том состоянии, в котором пребывал Миша?

Александр Николаевич Жуков, почётный Председатель ОО «Украина православная», послушник Десятинного Рождества Пресвятой Богородицы монастыря (г. Киев)

– Дело не в удержании. Смысл в том, чтобы продолжать это же направление, в котором ребёнок благополучно духовно развивается.

Детскую природу легко можно испортить, но не улучшить.

Помогая своему ребёнку в области его духовных стремлений, не надо насиловать его природу, а надо стараться уберечь её от заразы, от всего того, что медленно и постепенно отнимает у человека тот бесценный дар Божий, с которым он рождается – его веру.

Почему Христос даёт нам заповедь быть как дети (Мф. 18:3)? Потому что они, подобно Ему, всех любят!

Ребёнок нуждается в том, чтобы вместе с ним молились, вместе с ним плакали, играли, объясняли, ходили, вводили в смысл божественных смыслов, раскрывали новые горизонты, т.е. пребывали с ним в любви.

Это – совместная жизнь учителя и ученика.

Это – образ жизни их обоих.

Здесь нет цели «создать человека», который должен соответствовать заранее заданным параметрам – потому что как учитель, я не знаю, каким и в какой последовательности его будет делать Бог – большим, маленьким, жёстким, мягким, ярким, тусклым… Я это не могу знать.

Но очень хочу только одного: вместе с ним любить Бога.

Хочу вместе с ним идти к Нему. Вместе падать на этом пути и вместе подниматься.

Хочу вместе с ним любить Церковь, Её святых, их образ жизни.

Хочу, чтобы наши с ним сердца с каждым днём становились всё более милостивыми; чтобы мы не только знали притчу о богаче и Лазаре, но при встрече с нуждой, горем и страданием, не проходили мимо них равнодушно, а протягивали свою руку помощи.

Чтобы его милосердное сердце простиралось до того, что он, когда учитель спрашивает, есть ли желающие ответить, зная, что он – лучший ученик в классе, сначала бы смотрел – есть ли ещё желающие ответить, которые знают хуже, чем он, и, если кто-то поднял руку – он никогда бы не поднял свою.

Хочу, чтобы мы вместе учились уступать и умели уступать, ибо научились слышать Бога и других людей.

Вот эти вещи должны быть намного важнее оценок знаний!

Мы вместе должны учиться тому, чтобы с радостью носить тяготы других людей, не влезая в их жизнь, не пытаясь их насильно «перестроить», великодушно принимая их недовольства и упрёки. Ибо для христианина в этом мире высшая справедливость заключается в том, чтобы терпеть несправедливость.

Он через опыт познал всю тяжесть труда, связанную с очищением собственного сердца, поэтому в жизни всегда щадит сердце другого.

В чём суть человеческого эгоизма? «Я хочу, чтобы все вокруг делали так, чтобы мне было комфортно!». Гордый человек всегда хочет, чтобы было так, как хочет он.

Если я люблю говорить, я хочу, чтобы все меня слушали. А вот если кому-то не нравится то, что нравится мне, я такого человека не воспринимаю – и возникает конфликт.

Главная наша проблема, проблема всего нашего общества – мы не принимаем другого человека таким какой он есть.

Не принимаем потому, что вырастили в своей душе самость. И наши душевные чувства живут симпатиями и антипатиями: нравится – не нравится, люблю – не люблю, подходит – не подходит.

Почему мы не способны договориться? Потому что наши поражённые страстью чувства не позволяют уму даже услышать то, что говорит другой!

Эгоист кроит мир под себя.

Он не может вместить Бога, потому что Бог – это полнота смирения. Мы же боремся против смирения – одного из самых главных качеств Бога – как же мы можем Его принять?

Господь Иисус Христос явил нам ненавязчивость Своей любви, Своё бесконечное уважение к дарованной Отцом свободе и праву другого быть плохим.

Мир на всех уровнях воспитывает в человеке эгоизм и превозношение над другими людьми: «ты лучший», «ты достоин большего» … Поэтому мы не понимаем, КАК за счёт смирения вырастает сила.

Когда человек осознает своё ничтожество и всемогущество Бога и всецело положится на Его милость, тогда только он ощутит, что действительно силён, потому что будет видеть, как милость Божья хранит и ведёт его по жизни.

Разве можем мы познать Утешителя? Духа Истины, Который именно у-те-ша-ет.

Разве можно утешить самодовольного человека? Мы же все стремимся своих детей сделать довольными. Не дай Бог, чтобы ребёнок расстроился!

Как им познать Этого Утешителя? Через что? А главное – через КОГО?

– Да где ж такому научиться-то?

– Если ты пребываешь в благодати Божией – для тебя нет ничего непознаваемого.

Ты задаёшь вопрос – и сразу же внутри видишь ответ. А когда ты вне Его благодати – ты сам заполняешь себя, свою внутреннюю пустоту.

Без просвещающей благодати Божьей ты можешь заполнить себя только темнотой и в этой темноте обязательно будет лукавый – это его среда. Без благодати, которая лишь одна открывает тебе Истину, твоё мнение всегда будет субъективным. Поэтому никогда не настаивай на своей правоте, осторожно относись к своему мнению, к своим знаниям.

Недавно почивший архимандрит Емилиан Вафидис в толковании на слова преподобного Исихия говорит: если брат твой скажет, что осёл летает – не спорь с этим. Зачем тебе расстраивать сердце брата? Зачем тебе, чтобы он радость потерял? Он же к тебе с радостью пришёл, сказать, что осёл летает! Зачем тебе воровать эту радость? Пройдёт время, он успокоится, потихоньку разберётся, придёт к тебе и скажет: а знаешь, брат, я ошибался – осёл не летает. И ты спокойно подтверди это, чтобы всегда хранить любовь, радость, мир.

Поэтому православное образование и воспитание на другом замешено.

– А можно – саму суть?

– Давайте взглянем на человека. Человек хочет жить и радоваться.

Почему? А он таким создан Творцом.

В нём заложено желание радостной жизни, которой живёт Бог.

Радость в жизни человек испытывает, когда пребывает в полноте исполнения своих желаний. В условиях нашей земной жизни эта радость всегда кратковременна, ибо наши желания бесконечны, как бесконечен Бог. Но только Он, будучи Сам Радость, способен наполнить ею и нас.

Собственно, об этом говорит Спаситель как о высшем благе: «…кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придём к нему и обитель у него сотворим» (Ин. 14:23).

Кто мешает человеку соединиться с Богом?

После прихода Спасителя в мир только сам человек не позволяет себе этого сделать.

Почему?

Сорвав плод с «дерева познания добра и зла», человек присвоил себе право определять для себя, что есть добро и что есть зло. Но «дерево познания добра и зла» символизировало приоритет Бога определять для человека – что добро и что зло. Ибо Бог, сотворив человека по Своему образу, пожелал, чтобы человек достиг, с Его помощью, и Его подобия. Бог желал, чтобы человек стал подобно Ему – «святым крепким и святым бессмертным».

Собственно, для этого Он и даровал нам свободу.

Запрещая вкушать от «дерева познания добра и зла», Бог предоставил человеку возможность через послушание развить в себе смирение – качество, которое по природе принадлежит Богу и без которого нельзя достичь подобия.

После грехопадения задача осталась прежней.

Через мир чувственный человек приобретает понимание того, что существует добро и зло – то есть то, что даёт ему возможность жить в радости и то, что лишает его и радости, и жизни. Через мир разумный человек должен понять, что есть добро вечное – неизменное, дающее радость и жизнь вечную, но оно существенно отличается от добра, которое даёт мир чувственный. И ему остаётся только выбрать, что он хочет и…приложить усилия.

Но оказалось, что собственных его усилий для этого недостаточно.

Из опыта борьбы с грехом он понял, что ему нужен Спаситель.

И тогда Бог явился во Плоти, подверг Себя насмешкам, оскорблениям, упрёкам, унижениям, побоям, страданиям на Кресте – чтобы не только научить человека смирению, но и даровать ему для этого Свою силу.

Гордость была причиной нашего падения, а смирение Христа стало инструментом нашего искупления.

Явив Себя миру во Христе, Бог призвал нас к покаянию.

Покаяние – это прежде всего принятие Божественной правды о самом себе. И принять эту правду человеку очень трудно.

По сути ему предстоит отказаться от самого себя – не только от явного плохого, но и от всего того, что он лелеял как хорошее и доброе в своей душе, т.е. от самости.

К этому акту самоотречения и относятся слова Христа, которые Он нам говорит неоднократно: «Сберегший душу свою потеряет её; а потерявший душу свою ради Меня сбережёт её» (Мф. 10:39, 16:24; Мк. 8:35; Лк. 9:24; Ин. 12:25).

Человеку необходимо уже сейчас увидеть себя таким, каким видит его Бог в Своей Правде. И…сейчас смириться с ней.

Пока всё, происходящее с нами в этой жизни, мы не примем, как результат нашего личного греха и личной ответственности за всё, что мы сделали и имеем, о покаянии не может быть и речи.

Давайте посмотрим на себя.

Как только правда приближается к нам, мы сразу прячемся от неё подобно Адаму и ищем на кого свалить вину.

Оставаясь в таком состоянии, мы не выдержим встречи со Светом. Без смирения нам Его выдержать невозможно – и мы опять будем «прятаться» от Бога, бежать от Него.

Бежать в ад – в место полной, добровольной самоизоляции от Отца Небесного, от Его Света, от Его Любви, где лишь вечный «плач и скрежет зубов» (Мф. 13:42, 50; 22:13; 24:51; 25:30; Лк. 13:28).

Мы просто обязаны измениться!

Кто смиряется, тот понемногу, в определённых обстоятельствах и в определённой степени, начинает просвещаться Божественным Светом – то есть человеку открываются истинные причины вещей и событий. При этом благодать Святого Духа помогает нам осознать, что то, что представляется нам добром, в глазах Божиих добром не является.

Тому, кто познал смирение Сына, Сын открывает познание Любви Отца.

На утрени мы взываем к Богу:

«Благословен еси Господи, научи мя оправданием Твоим.

Благословен еси Владыко, вразуми мя оправданием Твоим.

Благословен еси Святый, просвети мя оправданьями Твоими».

О чём мы молимся?

Чтобы Отец научил нас Любви – и Его Любовь оправдала нас.

Чтобы Сын научил нас Своему смирению – и Его смирение оправдало нас.

Чтобы Святой Дух просветил нас пониманием заповедей – и мы были способны творить волю Бога.

Человек, вскормленный миром сим, даже постигая духовные законы из книг, стремится к тому, чтобы их соблюдением прежде всего защитить себя от невзгод, чтобы самому не страдать.

Но Господь хочет другого!

С Его помощью должна измениться сама природа человека. И она меняется тогда, когда человек проходит через страдания.

Именно через страдание человек видит тьму своей человечности и яснее понимает Свет Истины.

Абсолютно неважно, что делает человек в земной жизни и какими добродетелями он сияет, если он совершенно невежественен в смирении. Ибо сатана не только сам по себе смотрит свысока на всё, но он так же действует и в сердцах тех, кем обладает, т.к. «он царь над всеми сынами гордости» (Иов.41:26).

Но, «с первого дня, как ты расположил сердце твоё, чтобы достигнуть разумения и смирить себя перед Богом твоим, слова твои услышаны» (Дан. 10:12).

Суета и гордость приходят сами собой – легко и незаметно. Смирение же рождается из боли, из слёз, из молитвы.

Все святые всякую муку и величайшую скорбь принимали с благодарностью – как высшее благо, ниспосланное Им ради очищения грехов.

Христос и все святые отцы призывают нас с радостью исполнять то, что Бог определил добром.

Теперь немного о вещах практических.

Святитель Феофан Затворник (1815 — 1894) говорит, что в человеке действуют девять сил духа, души и тела.

Дух имеет: духовные чувства, сердечный разум и совесть.

Душа имеет: душевные чувства, рассудок и волю.

Тело имеет: животно-чувственные чувства, наблюдение с памятью и воображением и инстинкты.

Чтобы наполниться духовной радостью от Бога, ощутить Его блаженство, нужно изменить в себе, с Его помощью, состояние духовных сил.

После грехопадения человека наш разум находится под воздействием лукавого духа. Он легко подвергается его воздействию, потому что увлекает его на путь для человека простой и понятный – получение радости за счёт чувственных наслаждений плоти, удовольствий души, стремящейся к тем ценностям, которые ей нравятся, и тщеславия гордого духа. Поэтому наш духовный разум – опора ненадёжная и доверять ему мы не можем.

То же – и с духовными чувствами.

Вследствие вкушения «запретного плода» они легко увлекаются как добрым, так и злым; по сути для нас наступила духовная смерть, главным проявлением которой является неверие Богу, отсутствие упования на Него и любви к Нему, а, следовательно, невозможность обрести Его радость, пребывать с Ним в Его блаженной жизни, т.к. утеряна сама возможность совершенствования в Нём.

Взамен мы пошли более лёгким, но временным путём: растим веру в человека, уповаем на человеческий ум, любим себя и свои ценности, и, наполняясь гордостью за человечество, создаём свои различные культуры.

Мы растим в себе «каинов», наполняя свои души своими ценностями, избирая каждый для себя те или иные ценности этого чувственного мира, приносящие нам радость.

Мы не чувствуем Бога, не видим Бога, не понимаем, что Он от нас в действительности хочет. Следовательно – мы Его не любим: «как может (человек) любить Бога, Которого не видит?» (1 Ин. 4:20).

Любить абстрактно невозможно. Поэтому для того, чтобы Бога полюбить – Его надо увидеть.

Надо увидеть Его Красоту и Всемогущество, почувствовать Его Нежность и Милосердие, изумиться Его Смирению наряду с Царским величием, восхититься уникальностью и непостижимостью Его Промысла, спасающего людей.

Как этого достичь?

«Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5:8) – отвечает нам Господь, прямо указывая на нравственную чистоту души, как необходимое условие Богосозерцания.

Как же нам достичь этой нравственной и сердечной чистоты?

Для этого у нас есть совесть.

В основу жизнедеятельности этого тонкого духовного инструмента заложен универсальный нравственный закон: «Во всём, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними» (Мф. 7:12).

Совесть нам говорит: «хочешь, чтобы тебя прощали – прощай сам; хочешь, чтобы тебя любили – люби; хочешь, чтобы тебя не предавали – не предавай; хочешь, чтобы помогали – помогай» и т.д.

Совесть – это духовный и нравственный закон Божий в человеке, можно сказать, «зеркало», отражающее образ и подобие Божие, в которое смотрит духовный разум, чтобы уразуметь добро свойственное Богу и устремиться к нему свободной волей.

И люди, жившие по закону совести, назывались праведниками, ибо стремились творить Правду Божию. Поэтому их совесть требовала от чувств – непорочности, от разума – богобоязненности, а от воли – удаления от зла.

Об этом нам повествует Священное Писание, когда Бог говорит сатане: «обратил ли ты внимание на раба Моего Иова? …человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла…»  (Иов. 2:3).

В духовно здоровом состоянии совесть и разум помогают воле и рассудку правильно управлять телом, что в результате возвращает нам непорочность духовных чувств.

Если, благодаря совести и разуму, в нас возобладают непорочные духовные чувства, т.е. чувства в которых нет начал неугодных Богу, то наши душевные чувства будут наполнены не тем, что нравится нам, а тем, что нравится Духу Божьему. Следовательно, нас уже ничто не разделяет. Дух будет пребывать внутри нас, и мы будем жить с Ним в состоянии Его блаженства.

Я весь мир делю на добро и зло через своё сердце, по своему усмотрению.

У каждого из нас свои понятия о добре и зле. А когда приходит Бог, Он говорит: если ты хочешь жить со Мной в радости – ты должен принять Мои ценности, Моё понимание добра. И отказаться от своих. И смириться с этим. А если ты этого не сделаешь – ты не сможешь жить со Мной в Вечности, ты будешь от Меня изолирован, потому что не сможешь выдержать Моего Света, Моей Святости.

Именно для истинного познания себя, своего плачевного состояния без Бога, и для познания милосердия, человеколюбия и всемогущества Божественной Любви мы и живём в этом мире. Познав истинное положение вещей, мы можем сделать свободный выбор в правильном направлении – чтобы не только ценности Бога стали нашими ценностями, но мы, благодаря Ему, приобрели важнейшее для нас качество – Его смирение.

В Вечности, в том духовном мире, где мы рано или поздно неизбежно окажемся, не будет иметь места всё, что Богу ненавистно – всё, что рождено нашим разумом и чувствами, деформированными грехом.

Значит, пока я ещё в теле, пока ещё всё можно изменить, я должен просить у Бога преобразовать меня так, чтобы то, что мне нравится, перестало нравится.

Мало того, я должен это возненавидеть – потому что это ненавидит Бог.

– Разве к Богу применимо слово «ненависть»?

– Конечно! Обратите внимание, что, перечисляя свойства любви Божьей (1 Кор. 13:4-8), апостол Павел указывает нам семь свойств присущих ей (любовь – долготерпит, милосердствует, сорадуется истине, всё покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит); и восемь, которые ей не свойственны (любовь –  не завидует, не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде).

Частица «НЕ» указывает на то, что Любовь это ненавидит – как то, что находится за Её пределами и противостоит Ей.

Собственно, именно по этой причине, когда любовь Божия посещает человека, он вполне естественно начинает ненавидеть грех, искажающий его первозданную природу.

– Хорошо. Я провёл, скажем так, духовную ревизию в своей душе и выявил в ней то, что Богу явно ненавистно. Как мне от этого избавиться?

– Только с помощью Спасителя и Его божественной благодати. И главным инструментом в нас для этого изменения является совесть. Если совесть чиста – она видит и позволяет разуму постигать Божественное.

Чистая совесть видит Бога. Чем чище совесть – тем чище дух. Чем чище дух – тем чище душа, тем праведней человек.

Но совесть имеет свойство затемняться. Если ты раз поступил не по совести – она скажет тебе ещё. Но потом её голос станет звучать всё тише и тише. И если ты живёшь постоянно наперекор своей совести, ты можешь вообще перестать её слышать. Она приходит в состояние, о котором апостол Павел говорит так: «сожжённая совесть» (1 Тим. 4:2).

У таких людей совесть как бы вся выжжена клеймом, на которое нанесена печать греха. Человек с такой сожжённой совестью умер для всего святого и высокого смыслом.

Чем меньше в человеке действует совесть, тем больше в нём действуют другие силы. Духовные чувства захватывает гордость – и человек начинает верить в себя, в свои идеи, в мир, в науку, в высокие технологии, в нём рождаются всевозможные суррогаты духовности принадлежащей чуждому Богу духу.

Гордость до того захватывает все силы души, что человек ищет собственной славы, почёта, поклонения, а, как следствие, власти, даже не считаясь с возможными последствиями для жизни.

Или, наоборот, человек так устремляется к удовольствиям и наслаждениям плоти, что перестаёт вообще думать о чём-то другом – он ищет только чувственных наслаждений.    Чтобы совесть свою очистить и очистить силы души, нужно привести в практическую плоскость всё то, что детально расписано в Священном Писании и… в наших добрых детских сказках – в них написано, как происходит падение человека и его восстановление.

Православие отличается от всех религий и философских концепций, прежде всего и главным образом тем, что оно направлено не к уму человека, а к его сердцу, к его совести.

Православие направлено к самому немощному человеку, которому, в конечном счёте, нужно понять – КАК действует благодать, Которая приходит, и сама всё делает в человеке.

Господь не требует от нас никаких жертв. Он только желает, чтобы мы осознали своё окаянство и, как провинившиеся дети, просили бы Его помощи.  Получив же её, научились быть благодарными, ибо любящим может быть только благодарное сердце.

Человеку нужно понять только одно: как с благодатью сотрудничать. Как её стяжать и как её удержать.

Поймёшь это – и она начнёт делать в тебе всё. И ты станешь инструментом в руках Божьих. Главное – не противиться ей, для чего и приобретается смирение.

– И снова вопрос: как этому научиться? И главное – КТО будет этому учить?   

– Безусловно, нужна православная образовательная платформа. Но проблема в том, о чём мы сказали ранее.

Необходимо учительное ядро, т.е. люди, которые могут быть наставниками для своих воспитанников. И само это ядро, как минимум, около года надо приводить к определённым взглядам, ценностям и создавать этот новый курс, который можно обозначить как платформу.

Эта платформа заключается в нравственных вещах и в вещах деятельных. Не столько в тех вещах, о которых ты читал в умных книжках, сколько в тех, которые ты приобретаешь через внутреннее делание и способен передать, имея собственное смирение.

От тебя нужен опыт и кротость – чтобы помочь тому ученику, в котором благодать движет им к нравственному и духовному совершенству; а также внимание и строгость к тому, кто от этого пути уклоняется.

Конечно, нельзя забывать и о родителях. Без их участия и помощи, а более всего – без их собственного смирения и желания идти по пути к Богу, ничего не получится.

Должно быть единое сердцебиение.

В середине XIX века в Петербурге были очень популярны семейные школы.  Собирались люди, близкие друг другу по православному духу, объединялось несколько семей (а семьи были порой многодетные) и нанимали учителей.  Получались мини-школы семейного типа.  Изучая судьбу выпускников таких школ, можно увидеть, как в годы революции и гражданской войны они не теряли присутствия благодати, а усиленные ею, проявляли милосердие, мужество, стойкость в вере, в уповании на Бога и Его Промысел; их сердца, наполненные любовью к Богу и ближнему, не смогли поколебать никакие внешние обстоятельства.

Понимание того, ЧТО может включать в себя такая образовательная платформа, у нас есть. Мы изучили опыт многих православных школ в разных странах. И нас основательно поразил опыт школы имени Архистратига Михаила в Калифорнии (США).

Нельзя сбрасывать со счетов и опыт отечественных школ.

Словом, если Господь управит, и на это будет Его святая воля, то мы может быть в будущем и продолжим свою деятельность.

– То есть Вы готовы создавать эту платформу и начинать готовить учителей, как мне кажется, новой отечественной школы?

– Больше всего мне не хочется выглядеть в качестве некоего новатора и убеждать других, что я что-то знаю или понимаю, как правильно.

Нет.

За годы деятельности мы столкнулись с тем, что многие говорят и понимают, что такое «неправильно», но того понимания, что такое «правильно» и каким оно должно быть – у нас у всех по-прежнему нет.

Но поскольку место пусто не бывает – его с огромной скоростью заполняет лукавый дух.

И мы ведь видим, что происходит сегодня в наших школах с детьми.

Конечно, мы хотим иметь не только единомышленников, но людей, приобщившихся к благодати, хотим найти того, кто поведёт за собой.

Опыт святых отцов нам говорит о том, что без смирения, без молитвы, без слёз, без поста, в конечном счёте – без благодати Божией ничего изменить в своём духовном мире нельзя.

Не хочется оставаться мечтателями, надо приобретать опыт самим.

Понимаем ли мы, ЧТО мы испрашиваем у Бога, призывая Его вселиться в нас и очистить нас от всякой скверны?

Сознаём ли мы, что Бог, вселившись в нас, разрушит наш «Иерихон», чтобы построить Свой Иерусалим?

Хотим ли мы этого?

Готовы ли мы к этому?

Надо честно признаться себе: мы пока этого НЕ хотим.

Мы боимся, панически, на уровне подсознания боимся пускать Бога в свою жизнь.

Отстроив на окраине нашего «Иерихона» крохотную часовню, мы милостиво позволяем Господу посещать её по воскресеньям и праздничным дням и после божественной службы тут же выпроваживаем Его – только бы Он не вошёл в наш город! Только бы Он не прошёлся по нашим улицам! Только бы Он не вошёл в наши житницы!

Мы страшно боимся, что Бог разрушит наш «Иерихон», который так нам дорог и так нами любим. В котором комфортно нам, но в котором нет места Богу…

Так вот, первая задача православной педагогики: помочь человеку прийти к пониманию необходимости разрушить свой внутренний «Иерихон», хотя бы замедлить темпы и прочность его строительства.

Когда этот вопрос будет решён, можно переходить к решению следующего вопроса: как нам сократить наше пребывание нашего сердца в мире, чтобы прекратить чуждое Богу строительство?

Человек в этом мире должен становится короче, т.е. его «щупальца» любознательности должны вернуться в его внутренний мир, который находится в невидимом соединении с миром Небесным.

Наша задача – «перекочевать» в этот мир. И многие люди, которых мы называем святыми, не проявляя видимого интереса к миру, намеренно уходили в пустыни, в пещеры, в землянки – чтобы ничто не мешало благодати выстраивать внутри них то, что наполняет Небесный Иерусалим.

Не сразу люди становятся святыми. Нужно стать готовым впустить в себя Свет. И когда Он будет только приближаться к нам – мы ясно увидим то, ЧТО живёт внутри нас, что мы из себя реально представляем.

Если бы этот Свет пришёл к нам сразу – мы бы этого не выдержали. Поэтому Дух Святой к нам и не приходит – приходит благодать, частично – настолько, насколько мы можем её вместить.

Подготовиться к принятию Света, стать способным этот Свет принять – собственно, в этом и заключается главная задача православной педагогики.

Мы так сформулировали цель православного образования и воспитания: деятельное участие в строительстве и жизни Церкви, Тела Христова, путём развития духовных, душевных и телесных сил через личное благодатное общение с Богом.

Радость духа человека заключается в созерцании мира через опыт жизни, преображённой благодатью Святого Духа. Ибо смирение и благодать – суть единственные основания жизни, т.к. Сам Бог смирен и благ.

Беседовал священник Александр Каневский