Четыре урока

У многих богатых людей создаётся опаснейшая иллюзия о своей близости к Богу…

Если нас учат или, что хуже, поучают люди, то мы можем на них гневаться, раздражаться или не обращать внимания. Можем, словно дубиной, отмахиваться притчей «Врачу, исцелися сам». А раз все грешны, то есть шанс при любых грехах остаться без наказания.

Но если учит нас сама природа, в которую Бог вложил Свои уроки, советы и подсказки, то отмахиваться от этой науки уже сложнее.

Видимо, поэтому Моисей брал во свидетели небо и землю, говоря: «Внимай, небо, я буду говорить; и слушай, земля, слова уст моих» (Втор. 32:1)…

Люди, бывшие свидетелями, могут умереть, не передав следующим поколениям важных знаний.

Люди могут быть забывчивы, легкомысленны, наконец, корыстны. Из свидетелей они могут превратиться в лжесвидетелей. А вот небо и земля никуда не исчезают, всё помнят и продолжают быть свидетелями верными.

Нужно лишь изучить их язык, чтобы уроки природы стали для сердца и разума внятны.

УРОК ПЕРВЫЙ

У вас в школе могла быть «двойка» по географии. Вы можете не знать имена главных водных артерий планеты, но об этой речушке вы слышали наверняка.

Собственно она не такая уж и речушка.

Общее протяжение Иордана насчитывает 252 км.

На своём пути она впадает в два больших озера, которые носят имя «морей»: море Галилейское и море Мёртвое.

Первое озеро многоименито. Это то самое озеро Генисаретское или море Тивериадское, о котором пишется в Евангелии.

Евреи называют его Кинерет.

Этот водоём кипит жизнью. Его берега покрыты тропической растительностью, а вода богата рыбой.

Будучи озером, этот водоём ведёт себя временами как настоящее море, и вспенивается высокими и опасными волнами. А дальше, вытекая из Кинерета, Иордан, пройдя ещё 100 км, впадает в Мёртвое море.

Этот водоём действительно мёртв.

В нём нет не то что рыбы, а даже моллюсков и водорослей.

Это, как говорят справочники, самый низкий участок земной поверхности.

Словно сходя к аду, Мёртвое море хранит на своём дне то, что осталось от Содома и Гоморры…

Генисаретское озеро принимает в себя воды Иордана и отдаёт их. Поэтому оно живо, причём живо с избытком.

А Мёртвое море принимает в себя пресные воды Иордана, но никуда их не отдаёт. Из Мёртвого моря Иордан уже никуда не вытекает, и оно мертво.

Закон напрашивается на формулировку: жить – значит принимать и отдавать. Принимать и не отдавать – значит умереть.

Это универсальный закон.

Если глаз принимает свет, но не посылает импульс в мозг, человек ничего не видит.

Если желудок принимает пищу, но не сваривает её, не отдаёт энергию всему организму, человек болеет и мучается.

То, что справедливо для организма отдельного человека, справедливо и для общества.

По большому счёту, всё, что у нас есть – не совсем наше.

Много хорошего и плохого мы получили по наследству.

Это касается талантов, способностей и склонностей, из которых одни подобны благословению, а другие – наказанию.

Самодостаточен только Бог.

Все остальные, включая людей и ангелов, – зависимы.

Справедливо спрашивает апостол Павел: «Что ты имеешь, чего бы ты не получил? А если получил, что хвалишься, как будто не получил?» (1 Кор. 4:7).

Мы, например, неоплатные должники своей первой учительницы.

Если бы она не научила нас «буквы ровные писать тонким пёрышком в тетрадь», не получили бы мы в дальнейшем никакого образования.

Не был бы врач врачом, а инженер – инженером.

Всё богатство человеческой мысли было бы для нас задёрнуто плотной тканью нашего невежества.

И список тех, кому мы должны, можно продолжить.

Нас родили, кормили, лечили, учили, защищали, наставляли, наказывали.

Всё это – разновидности блага, которым мы пользовались.

Тот, кто высоко взобрался по лестнице общественной значимости, не имеет права этого не понимать.

УРОК ВТОРОЙ

Нельзя только получать не отдавая. Надо делиться: знаниями, силой, навыками, деньгами.

Во-первых, просто для того чтобы жить (согласно первому закону), а не умирать духовной смертью.

А во-вторых, из благодарности к сотням простых людей, без которых богатый бы не был богат, известный – известен, а умный – умён.

Допустим, некто из людей, отличающихся богатством и облечённых властью, решил делиться. Мы уже обрадовались, но… Попридержим радужные ожидания. Дело не так просто как кажется Емеле, лежащему на печи.

Сам богач не будет входить, согнувшись, в хижины бедняков с милостыней в руках. А если и будет, то не уверен, что его надолго хватит.

Милосердное движение сердца у богатого человека рождает нужду в помощниках: в тех, кто исполнит благую волю начальника или господина.

И вот именно здесь нас подстерегают проблемы.

Генерал умён и солдаты храбры. Чего, казалось бы, не достаёт для успешного ведения военных действий?

Мы ещё не знаем, каково среднее звено: сержанты, старшины, прапорщики и младшие офицеры. От них зависит всё.

Они – немножко солдаты и немножко полководцы. Но лавры, в случае победы, получат генералы. А тяжесть войны вынесет на плечах солдат.

Но совершенно ясно, что победа возможна лишь при качественном уровне среднего звена.

Чем сложнее цивилизация, тем сложнее механизмы взаимодействия между группами, классами, прослойками.

Если царь добр, но к нему не добраться; если приказ мудр, но телефон испорчен, тогда – катастрофа.

Ангелы служат, принося людям веления Божии и вразумления, и относя к Богу наши молитвы и просьбы. Поэтому любой посредник должен быть Ангелом. Иначе он будет демоном.

В Четвёртой книге Царств много говорится о пророке Елисее.

У этого великого мужа был слуга по имени Гиезий.

Словно живое пророчество об Иуде, который был вблизи Господа Иисуса Христа, но деньги любил больше, и этот слуга Елисеев был стяжатель.

Когда пророк исцелил сирийского военачальника Неемана от проказы, то в награду не взял с того ничего. А Гиезий, не утерпев, побежал за колесницей Неемана и выпросил подарки.

Елисей спросил слугу, куда он ходил. Но тот ответил: «Никуда не ходил раб твой».

Но пророк продолжил и сказал, что сердце его сопутствовало Гиезию, и не утаилось дело слуги от Елисея.

Последние слова пророка были следующими: «Пусть же проказа Нееманова пристанет к тебе и к потомству твоему навек» (4 Цар. 5:27)…

Далеко не каждый благотворитель – Елисей. Зато опасность стать Гиезием подстерегает всякого посредника и распорядителя чужих богатств.

Чужое добро липнет к пальцам, как мёд.

И чем дальше конкретный адресат помощи от глаз приставника или чиновника, тем легче и удобнее воровать, не думая при этом, что ты – настоящий вор.

«Не младенцев от груди отнимаю, не копейки из шляпы слепца, просящего милостыню, выгребаю», – думает человек, и тем удобнее запускает руку в различные фонды, кассы и благотворительные счета.

Так что богач, вдруг захотевший разбогатеть добрыми делами и благословениями тех, кому решился помочь, найдёт ближайших врагов в людях, поверенных в его делах, имеющих доступ к распределению средств.

Высшая мудрость богатого человека, таким образом, это – умение окружить себя людьми правильными.

Правильными – то есть профессионально грамотными и хотя бы относительно совестливыми.

Во все дела вникать всё равно не сможет никто. Многое придётся доверять и поручать – в надежде на честность и исполнительность.

И главная проблема здесь – как бы не приставить (по недосмотру или по скудоумному безразличию) волков за овцами глядеть.

Есть в житии святого Ефрема Сирина иллюстрация этих слов.

Во время голода владельцы хлебных складов традиционно взвинтили цены.

Ефрем обратился к ним с горячим словом обличения.

Те смирились и согласились помогать бедным. Но высказали одну просьбу, а именно: пожаловались на отсутствие людей, кому можно было бы, не боясь, доверить раздачу хлеба беднякам. И просили Ефрема заняться этим лично.

Тот согласился, взял деньги на еду и стал попечителем бедных.

Отсутствие нужных людей именно и означает отсутствие честных людей, без которых любые благие порывы милосердных богачей превратятся в насмешку над их стремлениями.

Деньги растекутся по карманам приближённого ворья, а бедный оботрётся, как будто сытно поел…

Итак, делиться надо, иначе умрёшь злой смертью и навеки.

Но, желая делиться, нужно вначале озаботиться подбором кадров по принципу честности и исполнительности.

Так сложно выглядит творение добрых дел для богатого.

Бедный копейку свою при случае из рук в руки отдаст. А богатый этой роскоши лишён, потому, как ни странно, может умереть, не имея за спиной никаких дел милосердия.

УРОК ТРЕТИЙ

Весь евангельский текст, а значит и всё значимое в земной реальности, пронизано упоминанием денежных знаков.

Это и лепты вдовицы, и иудины сребреники, и дидрахма храмовой подати, и таланты из притчи.

Таланты – как мера веса благородных металлов, а не как особые дарования.

Постоянно упоминаются и богатые люди.

Один богач назван безумным, которому посреди тревог о разрушении одних житниц и строительстве новых было сказано: «В ночь сию душу твою возьмут от тебя».

Другой – из притчи о нём и Лазаре, который ходил мимо гнойного бедняка, пока не оказался в аду и стал просить Авраама послать этого же бедняка простудить ему язык.

Богатый юноша, с детства много трудившийся в делании заповедей, услышал: «Продай всё, раздай нищим и иди за Мной», после чего, скорбя, отошёл.

Очевидно, тема богатства очень важна, раз Христос пришёл спасти и исцелить человечество, а оно – человечество – только тем и занимается, только о том и мечтает, как бы «по-лёгкому» разбогатеть и ни в чём не нуждаться.

Библейская критика и учебники истории повторяют тезис о том, что плодотворной средой для распространения христианства была беднота и рабы. На самом же деле, исходя из многих евангельских текстов, видно, что проповедь спасения и перемены ума (покаяния) обращена к богатым ничуть не меньше, чем к бедным.

Может даже и больше.

Именно потому, что в любом храме богатые люди не составляют большинства, может показаться, что христианство – религия нищих и убогих. Но на самом деле, богатые составляют весьма малый процент в любом обществе.

Было бы странно, если бы они составляли большинство на наших богослужениях.

Если в обществе их – 2-3%, то и в храмах эта пропорция не может быть критично превышена.

Бедный идёт к Богу от беды, богатый идёт к Богу от ума и от измученного сердца. Случись бедному стать богатым, не факт, что мы скоро увидим его опять в храме.

Об этом мы вкратце уже говорили.

Богатый же, если пришёл, то требует к себе правильного и серьёзного отношения.

Под серьёзностью я понимаю отсутствие заискивания, в первую очередь.

Мы становимся «судьями с худыми мыслями», как пишет апостол Иаков, когда говорим человеку с перстнем: «сядь здесь», а человеку нищему говорим: «стань там».

Нужно однажды понять, что богатые люди – такой же объект проповеди, как и все остальные.

Мы реально обкрадываем их бессмертные и, несомненно, грешные души, если ограничиваемся в общении с ними лишь освящением их машин и участием в «светских раутах».

У многих из власть имущих создаётся опаснейшая иллюзия о своей близости к Богу – дескать, они «стояли» на Пасху в алтаре, лично знают такого-то владыку, имеют церковную награду и проч.

Мы дадим ответ Богу о душах тех, кого мы лицемерно и чрезмерно чтили – вместо того, чтобы и им тоже благовествовать «день ото дня спасение Бога нашего».

Почитаемый ныне за власть и богатство человек может быть двойным банкротом.

На земле, невзирая на комфорт и различные выгоды, он всё равно болел, страдал, нервничал, боялся, в конце концов – умер. Но на земле все смотрели на него снизу вверх и произносили имя его с придыханием. Оттого самых важных слов ему, быть может, никто так и не сказал.

А ведь мы должны их сказать!

Вот эти слова.

«Послушайте вы, богатые: плачьте и рыдайте о бедствиях ваших, находящих на вас. Богатство ваше сгнило, и одежды ваши изъедены молью. Золото ваше и серебро изоржавело, и ржавчина их будет свидетельствовать против вас и съест плоть вашу, как огонь: вы собрали себе сокровище на последние дни» (Иак. 5:1-3).

Чтобы в таких выражениях и таким тоном говорить с богатыми, нужно быть причастником Духа пророческого.

Нужно быть рабом Господа Христа и не быть рабом человеков – чтобы иметь смелость произнести или прочитать вслух эти слова при соответствующей аудитории. Наша цель – не дешёвые эффекты, но Истина.

Видно, мы мало служим Ей, раз у богатых создалось твёрдое предубеждение о возможности откупиться от Страшного Суда и поменять земной рукотворный рай, ими создаваемый, на рай истинный – без всякого страха, боли и наказания.

Люди хитры и корыстны.

Люди злы.

Всё это достойно слёз, но говорить об этом необходимо.

Люди зачастую лукавы. Будучи лукавыми, они похожи на того, о ком упоминается в последних строчках молитвы «Отче наш».

Пёс похож на хозяина, раб похож на господина.

Человек лукав, потому что не служит Благому, но служит лукавому.

Для того, кто зол – весь мир плох. И то ему не так, и это не так. «Вот если бы да кабы, то и я был бы иным. А так… Не собираюсь я стремиться к совершенству посреди всеобщего несовершенства».

Узнаёте своё нутро?

Это ведь (не исключено) и наши внутренние монологи.

Для того чтобы жить по страстям и от страстей чрезмерно в совести не мучиться, лучший способ – возложить вину на Бога и на Церковь.

Дескать, Бог плохо всё создал и устроил, а Церковь Сама погрязла в грехах. Не Ей меня учить.

Предложу мысленное лекарство против этой мысленной язвы.

Был такой человек, Веселеил. По-еврейски – Бецалель.

Это был великий мастер, которому Бог дал премудрость для произведения различных украшений скинии и устройства её самой.

Уходя из Египта, евреи выпросили у египтян множество украшений из золота. Это золото и пошло на украшение скинии.

Мудрость же Веселеила проявилась также в том, что он видел, кто даёт золото на украшение переносного храма от сердца, а кто – по тщеславию. Золото сих последних он употреблял не на важные вещи, а на украшение ограды и проч.

Так вот, однажды спросили евреи одного из своих мудрецов, почему, дескать, он ездит в дорогой карете и шуба на жене его дорогая. Ведь деньги-то общинные!

И сказал он им в ответ: «Раньше люди давали деньги из любви к Богу. Мы употребляли их на украшение Торы и священные нужды. А теперь все вы жертвуете по тщеславию. Нам ничего не остаётся, как тратить эти деньги на шубы и коней»…

Евреи и умны, и хитры. Это факт. Раввин хитро «съехал» с темы.

Но нет ли здесь урока?

Ой, братья, сдаётся мне, что есть.

И опять, урок сей – для богатых.

Ты думал, что жертвуешь на Бога и Церковь. А на самом деле жертвовал ты для утоления тщеславия и в виде откупа. Следовательно, ничего кроме предметов роскоши, согласно притче, на твои тщеславно подаренные деньги купить невозможно.

Польза от твоих денег съедена молью, разбита в авариях и смыта в ватерклозете.

Не думай получить что-либо за эти тщеславные дары на Небе, потому что и те, кому ты жертвовал, ни разу, быть может, за тебя не молились…

Если эта еврейская притча не тронет твоё сердце, то послушай анекдот.

На Суде у ворот Рая говорят богатому: «В ад!»

Тот не согласен и говорит: «Я столько-то и столько-то денег потратил на строительство храмов».

А ему отвечают: «В ад! А деньги мы вам вернём»…

Ещё раз напомним, что деньги – это не бумага и не металл. Это – превратившийся в бумагу и металл пот трудящегося человека.

Это пот пахаря и учёного, сталевара и водителя дальнобойщика.

Деньги – это мистический факт. И брать их, и давать их нужно с соответствующими мыслями и чувствами.

Отношение к деньгам не просто находится внутри морали. Это проверка морали на предмет её существования.

Несерьёзность человека в отношении к деньгам говорит о его несерьёзности вообще.

Нечестность или жадность человека в отношении к деньгам говорит о его всецелой нечестности и жадности.

О гнилости, то бишь, и о родстве с Иудою.

И не зря мы не можем ни разу причаститься без воспоминания об этом бывшем ученике и апостоле, постоянно говоря перед Чашей: «Не бо врагом Твоим Тайну повем, ни лобзания Тебе дам, яко Иуда»…

УРОК ЧЕТВЁРТЫЙ

Дух Святой сошёл на Христа в виде голубя.

Своих последователей Христос ласково называет овечками.

Фарисеи удостоились имени змей и порождений ехидны, а Ирода Господни уста назвали лисой, указывая, очевидно, на зоологическое лукавство.

Итак, животный мир приходит на страницы Евангелия как символ, как урок или обличение, и важное место в этом мире занимает свинья.

Копыта свиньи раздвоены, но жвачку она не жуёт.

В понимании иудеев это означает, что внешне она чиста, а внутри – нет.

Это значит, что она – символ лицемерия, и если смыть с неё грязь, она явится нам по наружности чистой, а внутри не соответствующей религиозной норме.

Свинья – живой аналог покрашенного гроба, который снаружи красив, а внутри полон всякой гнили и мёртвых костей.

Но это ещё не всё.

Обидный символизм свиньи почти не имеет границ.

Обидный не для животного, которое ни в чём не виновно и природу свою изменить не может, а для человека, который, по слову Златоуста, может совмещать в себе дурные качества шакала, змеи, осла, летучей мыши и свиньи одновременно.

Как говорит Феофилакт в толковании на Евангелие, свинья столь упорно и постоянно смотрит в землю и роет её своим рылом, что позвоночник её теряет возможность изгибаться вверх, а значит, свинья никогда не смотрит в небо!

Лишь только когда её режут и с усилием задирают голову, свинья впервые видит над собой солнце и облака и в изумлении замолкает.

Это секундное предсмертное изумление при виде неба – тоже обидное качество не животного, но человека, который может зарыть свой талант в землю и земле отдать не только физические труды, но и нравственные порывы, оставаясь вполне чуждым Небесам до самой смерти.

И лишь перед смертью он непременно изумится и ужаснётся, и, может быть, завизжит, что исторгнет из наших сердец жалость, но никак не изменит трагичности ситуации.

Она ни в чём не виновата, эта розовая хрюшка, которая пляшет с мишкой и зайчиком на новогодней открытке.

Она, возможно, и прокормила наш народ в те долгие столетия, когда захватчики, соблюдая религиозные табу, уводили со всякого двора и коня, и овечку, и корову, но оставляли порабощённым и униженным людям свинью.

За это ей кое-где поставили памятники.

Ведь её сало и мясо могли быть печальным аналогом манны, которым питались униженные христиане под рукой иноплеменников. Но всё же образ её специфичен и поучителен.

Корова даст молоко и курочка снесёт яйцо ещё при жизни. И лишь свинья отдаст тебе шкуру и мясо только после смерти.

Ослик понесёт на себе хозяйскую поклажу, а конь потянет за собой плуг. И лишь свинья отдаст тебе шкуру и мясо только после смерти.

Пёс громким лаем прогонит вора и клыками защитит хозяина, а кот будет ловить мышей и сворачиваться клубком у ног человека, когда человеку грустно. Но лишь одна свинья отдаст тебе шкуру и мясо только после смерти.

Есть живые существа, которые прядут нить и делятся своей шерстью, не умирая. И лишь одна свинья отдаст тебе шкуру и мясо только после смерти.

Птица может петь в клетке, даже хомячок с аквариумными рыбками могут просто радовать глаз, и все остальные животные будут полезны человеку при жизни. Но свинья напрочь лишена этой благой способности. Всё, что у неё есть, – шкуру, сало и мясо – она отдаст человеку только после смерти, истошно завизжав и на секунду умолкнув, встретившись глазами с бездонной синевой.

Таким образом, это ни в чём не повинное животное является печальным примером того, КАКИМ может быть человек.

А именно: бесполезным при жизни, ничем никому не служащим и лишь по смерти достойным того остаточного уважения, которое выражено в словах «о мёртвых либо хорошо, либо никак»…

Если какое животное и может стать именем нарицательным (упрямый осёл, хитрый лис или змея подколодная), то свинья всегда станет впереди этого ряда и возглавит его.

Она, конечно, может быть названа для усиления речи грязной, и вонючей, и неблагодарной, но можно обойтись и без этого, поскольку само слово «свинья», обращённое к человеку, является без сомнения оскорбительным.

Да она и похожа на человека.

Кроме упомянутых шкуры и мяса мы научились брать у неё инсулин – именно потому, что строение внутренних органов свиньи очень похоже на строение органов человека.

И это биологическое соседство дано человеку не зря.

Этим, быть может, Создатель свиньи и человека показывает нам, что, ниспадая до уровня чистой биологии, отказываясь от «почести горнего звания» и закапывая талант в землю, человек не будет похож на умилительного попугайчика, гордого орла или трудолюбивую пчёлку.

Его биологическое родство, лишённое Божьего помазания, оттащит его в семью крыс и свиней, из которых первая вообще никому не служит ни при жизни, ни после смерти, а вторая способна отдать мясо, сало и шкуру только после прикосновения ножа к глотке.

В Священном Писании мы встретимся со свиньями в истории о гадаринском бесноватом.

С ней мы встречаемся в притчах Соломона, где она, помывшись, лезет в прежнюю грязь.

О свиньях говорит Христос, предупреждая Своих последователей не метать перед ними  бисер, поскольку она может быть агрессивна и, потоптав его ногами, может броситься на неразборчивого сеятеля.

Так или иначе, при чтении слова Божия наша мысль будет то и дело наталкиваться на этого одомашненного представителя животного царства. И мы можем продолжать есть её мясо и сало, поскольку законы кошрута – не для крещёных, а для обрезанных.

Но мы должны рассмотреть в этом невинном существе божественное указание на извращённые душевные состояния человека.

Рассмотреть – чтобы избежать.

Рассмотреть – чтобы исцелиться.

Рассмотреть – чтобы оплакать свинство в себе и свинство в любимом ближнем.

Оплакать так же и теми же слезами, какими оплакивается ослиное упрямство, лисья хитрость и холодное коварство змеи.

Протоиерей Андрей Ткачёв