ДЕТИ – ЦВЕТЫ ЖИЗНИ, ОДНАКО, НЕ ДАВАЙТЕ ИМ РАСПУСКАТЬСЯ!

Современная школа работает по принципу: «Ребёнок всегда прав!». На уроках правоведения современным детям основательно промывают мозги и уши статьями и параграфами из всевозможных конвенций о правах ребёнка, об их правах, свободе, чести и достоинстве, которыми они должны гордиться и которые должны уметь защищать.

Даже в нормативных документах ряда школ уничижающее достоинство слово «ребёнок» заменили на «несовершеннолетний обучающийся».

Словом, под знаменем свободы – в светлую даль европейского будущего!

Только, боюсь, всё будет не столь радужно. Реальный опыт каждого дня свидетельствует: столь гипертрофированный акцент на права выливается лишь в попустительство и вседозволенность.

По сути, сегодня школа лишена каких-либо средств воздействия на нарушителей школьных правил. Ученик может опаздывать на уроки, а может и вообще не приходить – и ему за это ничего не будет.

Нецензурная брань в общественном месте (вроде как) запрещена законом, но если ребёнок матом ругается на уроке, то максимум, что можно сделать – это воздействовать на него морально, но не слишком интенсивно – могут признать «психическим насилием».

Выгонять ребёнка с урока нельзя, что бы он ни вытворял. При этом сам ребёнок может покинуть класс во время урока, когда ему это заблагорассудится – без разрешения учителя.

Отчислить ребёнка из школы тоже нельзя – никак, никогда, ни при каких обстоятельствах. Даже если ребёнок бьёт стекла, детей, учителей и директора – всё равно нельзя!

Оставить на второй год можно, но только с письменного разрешения родителей. Но если у ребёнка «кол» по всем предметам, а родители выступают против повторного обучения – его обязаны перевести в следующий класс.

Двойки вообще ставить не рекомендуется. Как говорит администрация школы (вероятно, повторяя слова вышестоящих инстанций): «Двойка ученику – это двойка учителю».

А если учитель поставил «2» в журнал, он должен её «закрыть» – поставить вслед за ней хорошую оценку.

А если у ребёнка всё-таки вышла «2» за четверть, учителя вызывают «на ковёр», где он рассказывает, что он сделал, чтобы этой двойки не было, и какую работу он провёл с ребёнком.

Иногда в школе встречаются «мёртвые души» – это те, которые хотя и числятся в журналах, на уроках бывают крайне редко. Но даже они не выходят из школы со справкой…

Я родилась в Советском Союзе и успела познакомиться с советской системой образования. Потом, в 90-х, когда одна страна закончилась и началась другая, я какое-то время проучилась в частной школе, в которой, в дополнение ко всем достоинствам наших учителей, нас называли на «вы».

Как я сейчас понимаю, наши преподаватели просто не умели по-другому – все они работали в вузах и привыкли общаться со взрослыми людьми. Но как это нас мотивировало!

Когда умный человек, которого есть за что уважать, общается с тобой, 14-летней пигалицей, на равных, и искренне ожидает от тебя успехов – это очень дисциплинирует.

Но на нас это всё оказывало облагораживающее воздействие только потому, что мы, дети «нехорошей» советской системы, прекрасно знали, что такое обязанности. И наши неожиданные права были ими уравновешены.

В наше время никаких обязанностей для детушек не предусматривается. Зато запредельно много говорится про права, про уважение, про защиту детей от произвола взрослых.

В связи с этим, у меня возникает встречный вопрос: а кто в скором будущем защитит взрослых от произвола воспитанных в такой парадигме детей?

В Советском Союзе любой школьник знал, что если он будет, к примеру, ломать дерево, обижать малышню или каким-нибудь образом хулиганить, то любой взрослый дядька или возмущённая тётка могут запросто взять его за ухо и притащить к родителям или в школу, где, после выяснения обстоятельств, малолетнему хулигану могли ещё и добавить «воспитательных».

А сейчас, в наше время воспевания свободы развития личности, когда деткам без конца разъясняют их права, любой ребёнок знает, что он – неприкосновенен и пользуется этим без всякой застенчивости.

В наше время 12-летний шкет может разукрашивать похабщиной остановки, переворачивать мусорки, оплёвывать лавочки, а на возмущение прохожего мужчины послать его матом и ржать: «Ну и чего ты мне сделаешь? Попробуй только ко мне на метр подойти, я буду кричать, что ты педофил и ко мне пристаёшь».

А действительно, как взрослый может повлиять на ситуацию?

Какие у него права в этом случае?

Делать замечание нежным голосом? Хочу видеть…

А уголовные случаи!

Знакомый работник харьковского СИЗО, недавно рассказывал, что у них там сейчас 16 малолеток – все за убийство! Раскаяния – ноль. Сожаления только о том, что их кто-то «сдал».

По всей стране малолетние мрази часто совершают леденящие кровь преступления просто «по приколу» или на кураже безнаказанности. Эти «детки» очень хорошо уяснили (спасибо соросовским грантоедам), что им особо ничего не будет и цинично этим пользуются.

«Онижедети», толпой пиная сверстницу и ломая ей ребра, снимают это жуткое «реалити-шоу» на мобильные телефоны и при этом прекрасно осознают, что их «малолетство» – их индульгенция.

Предоставление детям прав в нынешнем виде – верх цинизма и безумия.

Я – за свободу развития личности обеими руками.

Но при этом надо понимать, что свободы одних не должны выпадать за рамки здравого смысла и откровенно ущемлять свободы других.

Свобода без ответственности, права без обязанностей – очень нездоровый подход, при котором детки очень быстро понимают, что их права – это идеальный инструмент для дрессировки взрослых. А потому нынешняя вседозволенность ничуть не лучше тоталитарного «хождения строем».

Елена, учитель